Муратов находился в отделении дольше меня: ухаживал за сыном и проводил здесь всё свободное время, пока я лежала в родильном отделении.

Наверняка Андрей ей понравился. Он не может не нравиться: красивый, зрелый, состоятельный  и уверенный в себе мужчина... Женщины на таких словно пчёлы на мёд слетаются. Да что там, я сама в него достаточно быстро влюбилась.

Одновременно с восхищением внешностью медсестры испытываю острый укол ревности. Знаю, что не имею на него никакого права, потому что формально мы с Андреем друг другу никто, но это гораздо сильнее меня.

Сознание всё чаще воспроизводит фрагменты того короткого периода, когда мы были вместе: страстные, горячие, ненасытные, пожирающие друг друга одними глазами.

Сейчас мы стали другими. Более сломленными. Каждый по-своему и Андрей, безусловно, значительно больше меня. Мне часто кажется, что с потерей любимой дочери его чувства атрофировались, но когда вижу его взгляд направленный на сына – забираю свои слова обратно.

Андрей такой большой и сильный в сравнении с малышом, что Илюшка в его руках выглядит ещё меньше и беззащитнее.

Но он тоже боец. С каждым днём его показатели улучшаются и уже не за горами выписка.

- Да, отец Илюши занят, - отвечаю медсестре. – Слишком много работы.

- Ясно. Жаль, - произносит она, не скрывая разочарования, и выходит из палаты.

Мне не хочется думать, что причиной, почему Андрей стал приезжать сюда меньше, являюсь именно я, но все эмоции медсестры, которые она даже не скрывает, написаны на лице. Для неё я – основная преграда в общении с симпатичным и неженатым мужчиной. Я та, с появлением которой мужчина её мечты стал приезжать в отделение гораздо реже.

- А кто это тут у нас проснулся? – спрашиваю у сына и поднимаю его на руки.

Он теплый и пахнет моим молочком. Я уже приловчилась кормить Илюшу поочередно: сначала даю грудь, а когда он устаёт сосать и начинает капризничать, предлагаю бутылочку. Все навыки пришли постепенно. Сначала мне было страшно носить его столбиком, купать, менять подгузники и проводить необходимые гигиенические процедуры, но опытные медсестры показали как надо.

Материнство — это непросто. Я убеждаюсь в этом на собственном опыте.

Это бессонные ночи, бессилие, необоснованный страх сделать что-то не так, навредить... Я просыпаюсь каждый час и проверяю дышит ли мой ребёнок? Но потом слушаю мерное дыхание в кроватке и ощущаю себя самой счастливой на всем белом свете. У нас с Андреем получился замечательный сын.

После обеда приезжает Муратов. Он выглядит нервным и взвинченным. Возможно, у него проблемы по работе и именно поэтому он стал значительно реже приезжать. А быть может я просто ищу оправдания, чтобы было не так обидно.