Познакомимся, поговорим, вина выпьем. В общем, попробуем если не друзьями стать, то хотя бы научиться понимать друг друга.

– Хорошо сказал, бичико, – одобрительно усмехнулся князь. – Другом с человеком стать время нужно. Да и то не всегда близких знакомых можно друзьями назвать.

Ответить Елисей не успел. В комнату вошел князь Дато и, увидев гостя, настороженно остановился, то и дело бросая быстрые взгляды на Елисея. Он явно пытался понять, что тут происходит и о чем они говорили. Чуть улыбнувшись, Елисей поднялся, приветствуя хозяина дома и указывая на гостя, коротко поведал:

– Вот, отец, князь просит сына его с собой взять, когда я пойду виноватых наказывать.

– И что ты решил? – кивнув, поинтересовался Дато, скользнув быстрым взглядом по накрытому столу.

– Возьму, – пожал Елисей плечами. – За сына и брата они свой спрос должны взять. А ежели станем каждый за себя действовать, то только мешать друг другу будем.

– Верно сказал, – произнесли князья в один голос и, переглянувшись, не удержавшись, улыбнулись.

Князь Георгадзе, одним глотком допив свой кофе, поднялся и, расправляя усы, закруглил разговор:

– Завтра средний мой придет. Я ему скажу, чтобы тебя слушал. А ты, Дато, не держи зла. Бог свидетель, мне тот спор давно уже боком вышел.

– Нет у меня зла, Георгий, – грустно улыбнулся Дато. – Давно уже забыл про то дело. Просто помириться повода не было.

– А чего вам вообще делить, уважаемые? – не удержавшись, спросил Елисей. – Да, оба коней разводите, да, хотели их в армию и гвардию поставлять. Так и что? Армия у нас маленькая или лошади им больше не нужны? А вы все делите чего-то. У вас у обоих горе. Одинаковое. Детей потеряли. Так чего вам теперь делить?

Князья смущенно переглянулись и, не сговариваясь, молча протянули друг другу руки. Потом князь Георгадзе, тяжело вздохнув, тихо произнес:

– В одном ты не прав, бичико. Мне тяжелее. У Дато хотя бы внук остался. А у меня от сына только память.

Попрощавшись, он вышел из комнаты, и Елисей, переведя дух, опустился на ближайший стул. Он и сам не понял, зачем влез в отношения двух князей, но, похоже, получилось все не так плохо. Судя по их реакции, прежде отношения между ними были если не дружескими, то вполне себе теплыми, и оба тяготились возникшим недоразумением. Князь Дато, усевшись напротив него, долго молчал, а потом неожиданно заявил, глядя парню в глаза:

– Теперь я точно знаю, что тебя Бог по жизни ведет, сынок. Ты в мой дом вошел, когда у меня беда случилась. Когда мне помощь нужна была. Теперь, когда снова беда пришла, ты несколькими словами сумел помирить меня со старым приятелем. Тебя Бог ведет, – еле слышно повторил князь.

– Дато батоно, – негромко окликнул князя вошедший слуга. – У ворот люди стоят. Гостя вашего выйти просят.