Итак, Светлова опять приехала в Катово. Наконец-то она увидела дом, в который так стремилась попасть. И, надо сказать, разглядывала его теперь с большим, очень большим интересом.

Пусть хоть так, но наконец удалось осмотреть место происшествия. Если не сказать точнее: место преступления!

Ведь то, что сейчас видела Аня, — то же в тот последний свой вечер видел и Максим Селиверстов.

Встретила Анну улыбающаяся Лидия Евгеньевна."

"Окруженный соснами и заботливо скрытый от посторонних глаз высоким глухим забором дом явно был еще послевоенной — дачная мода тех лет и этих мест!

— архитектуры.

Правда, был он заботливо отремонтирован. Даже, можно сказать, отреставрирован. Не сломан — и заново, как теперь делают со старыми домами на хороших участках… а именно отреставрирован. Так, чтобы сохранился шарм тех лет. Тех лет, когда были «ЗИМы», наркомы, икра ложками, микояновская колбаса…

И пили под этими же соснами армянские коньяки, закусывая их лимоном.

Сразу бросалось в глаза, что скрытые соснами и забором от любопытных глаз обитательницы дома, однако, явно не пребывали в неведенье о том, что же вокруг них, за забором и вокруг дома, происходит.

Там и сям были расставлены камеры слежения.

И если Светлова долго не могла увидеть, что там, за этим высоким и глухим забором, происходит… то ее, любопытствующую по ту сторону забора, засекли, наверное, с самого первого момента… С того самого момента, как проснулась ее любознательность!

А когда он был, этот первый момент?

Да еще вон когда он был, этот момент… Аня припомнила: еще до Дубровника!

— Проходите… Проходите… — все так же любезно продолжала улыбаться Анне Лидия Евгеньевна.

Внутри дома тоже все было на уровне евроотделки.

— Как у вас… — Аня старательно подбирала хвалебное слово, — отремонтировано! Наверное, недавно ремонт делали?

— Ну, не так чтобы совсем недавно. — начала Лидия Евгеньевна и отчего-то запнулась, — А какая фирма вам его делала? — не давая своей собеседнице опомниться, торопливо задала свой коварный вопрос Аня. — А то я бы тоже сделала у себя дома…

— Ах, вот что…

— Да, мне надо быстро.

А говорят, все эти фирмы обещают быстро, а сами волынят, растягивают на сто лет…

— Не помню, Анечка, — нервно потерла виски Лидия Евгеньевна. — «Бест», кажется, эта фирма называлась.

— Да? Я запишу…

— Запишите, запишите… Да вы заходите, присаживайтесь, дорогая…

Будем чаевничать.

В большой, без преувеличения, очень большой комнате, казавшейся особенно нарядной оттого, что ее украшал эркер, был накрыт для чая стол.