Когда поверили, что все вокруг Солнца, это дало толчок такой дивной дисциплине, как космонавтика, понастроили космических кораблей, высадились на Луну, сейчас готовятся к рывку на другие планеты. Если поверить и прочувствовать, твердит Олег, что в теле не только мышцы, но и атомы, тогда получишь над ними ту же власть, что получил тот мальчишка над своими задвигавшимися ушами…

Олег появлялся прямо из стены, из воздуха, возникал внезапно, всякий раз говорил неумолимое «Давай-давай», на что Мраку зудело выдать хоть что-то из пары сот острот на эту избитую тему, но брал себя в кулак и давал-давал, налегал, едва не падал в обмороки, как воспитанница Смольного, сказали бы ему такое раньше, морду бы разбил, наконец Олег проронил однажды:

– А ты, того, не совсем черепаха… Прогрессик заметен…

Мрак, задыхающийся, мокрый от пота, с трудом поднялся с пола после очередной трансформации, прохрипел:

– Черт… да щепотки того… что я за эту неделю… да я год на ушах ходил бы и хвастался… какой я молодец! А тут ты стоишь над душой, гавкаешь, все тебе мало…

– Через два дня придут забирать фирму, – напомнил Олег, – и это имение…

– Да ерунда… сам знаешь. У тебя тоже таких фирм, банков и даже институтов по всему миру…

– Тогда Тарх, – напомнил Олег, – против этого не попрешь.

– А без Тарха, – возразил Мрак сипло, изо рта вырывался пар, – не научились бы?

– Научились бы, но попозже. Я уже двигался по этой опасной дороге… но даже у меня этот караван шел бы долгие годы.

– Еще бы, – сказал Мрак с ехидной усмешечкой, – осторожненький ты наш!

– Необходимость, – сказал Олег серьезно, он даже не заметил издевки, – мать изобретений, открытий, свершений… Так что давай, Мрак, что-то разотдыхался, лежун ты наш!

Оскорбленный Мрак медленно поднялся. Его пошатывало. Олег мог бы оскорбить его еще больше, поддержав за плечи, но делать этого не стал, куда уж больше, и так выпрыгивает из шкуры.

Дал бы в морду, подумал Мрак, если бы стал меня поддерживать, как инвалидика. Вот бог свят, дал бы… Нет, руку отобьешь, у него морда уже чугунная. Правда, и я умею делать чугунной… но он вообще черт-те что уже умеет. Такому в морду дашь, без руки останешься….

А рядом журчал умный до дурости голос, самодовольный и тупой, рассуждающий, что-то там мелющий об эволюции, о роли, о назначениях, о предназначениях, о всякой фигне насчет Высшей Роли, но если щас все-таки с кухонно-одухотворенным лицом спросит, кто виноват и что делать, то не сдержусь, дам в морду, а там хоть чугунное рыло, хоть молибденовое…"

"– …не это ли ждет и нас?.. – вещал Олег.