Что это за дела: ребенок работает, вместо того чтобы учиться. Не война!

— Нашла ребенка. И он мне не указ, я сам. Хотя да, он уже меня отругал…

— Так ты что ж, и старшего не слушаешь? Смотри! Невыспавшемуся нечего делать за токарным станком, пальцы еще понадобятся. Да и на выходных ты никуда не годен, к отцу мы с Наташкой который раз одни ездим…

Колька нетерпеливо заверил, что все понял, больше не будет и вообще. Доев, поспешил на боковую. Разговоры эти вот бабские слушать — только время терять. Антонина Михайловна, вздыхая, прибирала со стола.

Да, муж как в воду глядел.

Глава 8

Несколько раз Сергей заводил разговоры о том, как товарищи муровцы отнеслись к сообщению о казусе с Яковлевым и деньгами, каждый раз натыкался на сорокинское холодное: «не-твоего-ума-дело». Наконец Николай Николаевич прямо заявил:

— Послушай, Акимов, избегай лишних волнений. Заруби на носу: прежде чем работать с перевыполнением, сначала свои дела научись делать как положено. Понятно?

— Не совсем.

— По-иному сформулирую: не суйся помогать другим, пока сам не управишься. А так?

— Понятно, — буркнул Сергей, — только ведь, Николай Николаевич, вы же сами поручили найти Галину, я и…

— Акимов, ты разницу между женщиной и ее трупом понимаешь? Я тебе поручал отыскать свидетеля спорного происшествия, чтобы можно было прояснить обстоятельства возможного самоубийства. Я тебе не поручал заниматься поисками Шамонай, пропавшей, возможно, и погибшей. Этим делом занимаются другие, куда более головастые люди. Сережа! Пойми ты, наконец: скажи спасибо, что не ставят вопрос о твоей ответственности в связи с Павленкой…

Акимов очередной пинок привычно стерпел, но не успокоился. Возможно, он недоопер, глупый, недальновидный, но утаивать сведения только затем, чтобы не получить по сусалам, — нет, граждане, так не пойдет.

«Однако для того, чтобы эти самые данные сообщить, придется нарушить субординацию — дело как минимум непривычное, а вообще — немыслимое. Что ж тогда делать-то?»

Озарение пришло внезапно, по дороге домой. Сергей даже по лбу своему тупому прихлопнул: вот же рукавицы, за поясом! Под боком же видный специалист по пропавшим супругам.

…Выслушав его рассказ, товарищ Введенская, она же Сергеевна, — заметно пополневшая, помягчевшая, но по-прежнему остроглазая и хитроулыбчивая, — постучала пальчиками. Быстро глянула в окно, убедилась, что бдительной золовки Натальи не видать.

— Сергей Палыч, я вас поддерживаю — понятно, не в связи с историей на Нестерова. Хвататься за версию, подброшенную кем-то на месте, — последнее дело. Вспомните самоубийство несчастного Зыкова.

— Согласен.

— Понятно, не мне вам про укрывательство проповедовать, да и в моем положении немного возможностей-то. Нерукопожатная я.