– Начинайте, - произнёс я, обращаясь к Шуйскому.

Дмитрий Васильевич кивнул, расстегнул папку, вытащил из нее планшет, стопку протоколов и ручку, и задумчиво посмотрел на бумагу. Затем обернулся к стоявшему неподалеку Зимину и смущенно поинтересовался:

– Станислав Александрович, а как правильно оформлять такие протоколы? Вряд ли бумагу с названием ""опрос убитой"" можно будет приобщить к делу.

– Значит, пишите “свидетеля”, - предложил Зимин. И жандарм кивнул. Закрепил лист и обратился к ближайшей девушке:

– Фамилия, имя, - начал он. - Имеешь ли отчество?

Само собой, призрачная девица не собиралась общаться с человеком, который не владел темной силой. Она презрительно взглянула на жандарма и обернулась ко мне:

– Мы договаривались, что если мы тебе поможем, ты отомстишь за нас, некромант, - прошелестела она.

– Я и пытаюсь, - ответил я. - Это жандарм из разбойного отдела и представитель службы кустодиев. Если вы дадите показания, Двушкина приговорят к бессрочной каторге…

Лицо призрака скривилось от злобы:

– Нам не нужна каторга, - прошелестела она, подлетев почти вплотную ко мне. – Просто приведи его к нам, на болота. И мы сами устроим правосудие.

– Дама дело говорит, - кивнул кустодий. - Притащим Двушкина сюда, и…

Я покачал головой:

– Так не пойдет. Сперва суд должен решить, что вина конюшенного доказана. А самосуд - дело наказуемое.

– Тогда я могу вызвать Двушкина на дуэль, - предложил Зимин. - И сразиться с ним на болотах. А затем оставить раненого здесь, чтобы жертвы уже довершили дело.

Призраки обратили лица к криомастеру, выражая одобрение.

– Ваш спутник не по годам мудр, мастер некромант, - произнесла призрак, и остальные поддержали ее.

– Да вы сами подумайте, - возразил я. - На каторге Двушкин будет медленно угасать. Терять надежду на освобождение, впадет в апатию, которая его и добьет. А вы хотите разорвать человека на части. Но это не утолит вашу жажду мести. Напротив, озлобит вас еще больше.

Призрак задумалась и дернула себя за кончик длинной косы.

Виноградова приблизилась и взяла ее тонкими пальцами за подбородок, поднимая лицо.

- Ты правда думаешь, что быстрая смерть душегуба будет ему достойной карой? За ним придет душелов и утащит за собой в другой мир. Где подонок переродится…

Духи возмущенно зашелестели.

- Пусть остается жив. Но умирает каждый день по крупице, тоскуя по прошлому и ненавидя самого себя за то, что попался. Вы знаете, что каторга делает с людьми? – женщина обратилась ко всем призракам. – Она их ломает и превращает в тени самих себя. Он будет желать смерти и если найдет ее в самодельной петле, то велик шанс, что там и останется призраком, рядом со своей виселицей. И будет пребывать возле нее вечность.

- Вечность, - завороженно повторили за моей соседкой девушки.