Можно сказать, что в мобильном отряде снайперское дело было вознесено на вершину своего совершенства, немыслимую в довоенный период. Однако, розовощёкий и пухлый «Чемпион», никоим образом внешне не похожий на суровых снайперов, справедливо глумился над лучшими мастерами хорошего выстрела, рискуя быть битым, но не способный отказаться от соблазна изложить им правду в глаза: всеми своими действиями он уже неоднократно доказал, что с помощью коптеров – со сбросами или ударными «камикадзе» - он побеждает традиционный снайпинг всухую. Как бы многим достойным снайперам мобильного отряда этого и не хотелось признавать.

Трофимов имел возможность наблюдать уникальную ситуацию – снайперское ремесло в руках подготовленных стрелков, обеспеченных лучшими отечественными и иностранными винтовками с совершенными прицелами и приборами наблюдения, оказавшись на пике своего развития, вдруг стало проигрывать «игрушкам», цена использования которых была значительно ниже стоимости использования дальнобойных высокоточных снайперских комплексов. Находясь в центре событий, и реально оценивая практику боевого применения, Трофимов видел, что удар одним FPV-дроном, который естественно был дороже самого дорогого снайперского патрона, выходил… дешевле и эффективнее, чем стрельба из снайперского оружия.

Дело было даже не в том, что снайпер тратил на цель далеко не один патрон, как это принято думать у обывателя, а в том, что действовать снайперу приходилось на прямой видимости противника, зачастую ставя себя в дуэльную ситуацию, и почти всегда – подвергая себя риску быть убитым или раненым миномётным или артиллерийским огнём, противопехотной миной или вступив в перестрелку с противником на дистанциях ближнего боя. Всего этого риска избегал оператор БпЛА, который мог находиться за несколько километров, а то и десятков километров от объекта атаки, и безнаказанно мог бить противника – при этом ему не нужно было по минам заходить на позицию, искать защиты от огня противника – в момент атаки оператор вообще мог быть в защищённом бункере, пребывая в тепле и уюте.

Вот это тепло и уют больше всего раздражало традиционных снайперов, а не то, что ударный дрон, управляемый умелой рукой, мог убивать противника, залетая вовнутрь помещений, открытых люков бронированных машин, в стрелковую ячейку окопа – чего ни при каких обстоятельствах невозможно добиться снайперским выстрелом."

"В своём коллективе Трофимов заметил такую закономерность, что снайпера негласно поделились на две примерно равные группы – половина которых стремилась к изучению нового вида оружия и его возможностей, и вторая половина, которая наотрез отказывалась признавать факт утраты былой значимости снайперского огня на поле боя.