Девушка стояла у стола, раскладывала еду по тарелкам и удивлённо обернулась, услышав такое обращение.

— Ночью ты сказала, что всегда верила своим глазам, а не наговорам другим. Что ты имела в виду?

Ложка звякнула о тарелку, выпав из ослабевших пальцев. Девушка побелела, застыла, а в голубых глазах промелькнула такая боль, что он тяжело сглотнул.

— Это уже не имеет значения, — ответила она спокойно и слишком холодно, чтобы быть просто равнодушием.

— Селина, послушай, — Архольд вновь сел.

— Нет! — неожиданно резко вскрикнула девушка, всем телом поворачиваясь к нему и сжимая кулаки.

— Не хочу! Мне всё равно, что ты скажешь, какие слова будешь подбирать. Это уже не важно. Всё в прошлом. Через год наш брак будет признан недействительным, пути разойдутся и каждый пойдёт своей дорогой. Меня ждёт Эйдан, а тебя невеста.

«Не скажет. Начнёшь настаивать, то совсем закроется, а этого допускать совсем нельзя. Они только начали доверять друг другу».

— Хорошо, — примирительно произнёс Архольд. — Я понял, больше никаких вопросов и разговоров о прошлом. Может, тогда поговорим о будущем?

— Будущем? — настороженно переспросила она, но заметно расслабилась, ушло напряжение с плеч.

— О нашем браке знают не только в Ванагории, но и Сангориа. Для всех ты герцогиня.

— Я уже поняла, — Селина взяла нож и принялась нарезать еще тёплую краюху хлеба.

— У нас тоже есть традиции, Сэм. Не столь пафосные и жесткие как у вас, но есть, и нам придётся им следовать. Через неделю в замке состоится празднование нашей свадьбы. Герцог Марлоу тоже будет присутствовать, как и пять сотен гостей.

— И как удастся организовать всё это за неделю? Это невозможно.

— Подготовка идёт уже пару недель, — признался он, любуясь ровной спиной, гордым разворотом плеч и мягкими завитками, которые выбились из причёски.

Девушка обернулась и недовольно на него взглянула.

— Как всегда самоуверен. Неужели не сомневался в том, что я соглашусь на это?

— Я не сомневался, что смогу тебя уговорить. В любом случае, бал всё равно состоится, и ты будешь играть роль счастливой новобрачной.

— Хорошо.

— Справишься?

— Я выросла в этом мире. И мне не привыкать к сплетням, шепоткам за спиной и лживым улыбкам.

Дерек осторожно встал с кровати, прислушиваясь к собственным ощущениям. Слабость никуда не делать, немного кружилась голова, но в остальном всё было нормально.

— Думаю, я уже могу поесть.

— Только не спеши.

Обед прошёл в тишине.

Корвил то и дело бросал взгляды на молодую жену и видел, как она о чём-то думает, словно собирается с мыслями и хочет что-то спросить. Торопить Дерек её не стал.

— Ты говорил, что никогда не простишь семью своего отца за то, что они бросили вас.