Когда я очнулась в следующий раз, в покоях было всё так же темно. Но на этот раз ощущения были совсем иного порядка. В углу озорно поблескивал огонь в камине. Я слышала, как пламя жадно пожирало сухие поленья, заставляя их жалобно трещать и взвиваться вверх яркими искрами.

Лекарь был прав, мне действительно стало легче. Не идеально, но я хотя бы могла чувствовать своё тело.

Аккуратно пошевелив пальцами на руках, счастливо вздохнула.

Как же это страшно быть беспомощной.

А в следующую секунду я едва не заорала, когда вдруг от стены отделилась чёрная тень и метнулась ко мне.

Один удар сердца. Всего один, чтобы понять, чьи руки обняли и с силой прижали к себе, согревая своим теплом, чей голос произнёс моё имя.

— Сэм… Сэм…

Тело еще плохо слушалось, но я могла поднять руку и ласково коснуться напряжённых плеч и улыбнуться сквозь слёзы, прохрипев едва слышно:

— Живой.

Быстрые невесомые поцелуи, собирающие слёзы с моих щек, будто это были драгоценные камни, сбивающие и без того тяжелое дыхание. Тихий смех и страх, что это может быть сон, наваждение, вызванное потерей силы.

— Сэм, — долгий поцелуй в губы и снова объятья, горячие ладони на спине и затылке.

— Живой, — снова прошептала в ответ.

— Как же ты меня испугала… Любимая моя, единственная.

Мне так хотелось, чтобы Дерек продолжал. Так приятно слышать эти слова и всё равно мало. Хотелось еще, но усталость давала о себе знать: заныли мышцы и заболела шея.

Не знаю, как Дерек почувствовал это. Но он вдруг отстранился и бережно уложил меня на подушки, помогая принять сидячее положение. Почти сразу схватил за руку, поднося её к лицу и медленно целуя раскрытую ладошку.

— Я тебя испугала?

Его лицо плохо видно в сумраке комнаты, свет от камина падал на его спину, еще больше погружая в тень черты. Лишь глаза ярко блестели.

— Очень. Разве можно было так рисковать?

Губы в перерывах между словами продолжали целовать ладошку, вызывая сладкое покалывание во всём теле.

— Я не могла иначе. Не могла тебя потерять. Но я почти не помню, что произошло. Всё как в тумане.

Архольд некоторое время молчал. Было видно, как тяжело ему даются слова. Поцелуи закончились и теперь он просто выводил указательным пальцем на моей руке витиеватые узоры.

— Знаешь, мне всё-таки придётся подружиться с твоим братом… Он спас тебя. И этот поганец знает, что теперь я готов на многое закрыть глаза, — с тихим смешком закончил муж.

— Никто тебя не заставляет.

Дерек мотнул головой, и тёмная прядь упала на глаза.

— Я так хочу. Он прервал контакт, не дал тебе погаснуть. Я готов отдать все сокровища Архольдов в обмен за эту помощь. Всё золото мира. Ты дороже всего, Сэм. Дороже самой жизни.