Потому что ее решительное настроение, которым она вчера была заряжена как батарейка, сегодня таяло как мороженое на солнцепеке. То есть, она почти лишилась своего боевого настроя, готовясь расплакаться от безысходности.

А вдруг что-то пойдет не по плану? Вдруг ее образ не настолько идеален, чтобы соответствовать ему!

Хотя нет, Герман обязательно скажет о том, что она великолепно выглядит, восхитительна, прекрасна. Казалось, что она помнила все комплименты, которыми он одаривал девушку два года. С самого первого дня, когда они перешли границу «работодатель – наемный сотрудник». Когда стали настоящей парой. Но почему-то это первый момент на ее памяти, когда Кира стала сомневаться в себе. А достойна ли она его?

Достойна ли стоять с Германом в этот день друг напротив друга?

Их свадьба.

Кончено же, она достойна того чтобы быть рядом, ведь это их день! Вот только сомнение поселилось так глубоко, что никакими уговорами его не возможно было достать. И нарастающая паника, которую Кира хотела приписать разбушевавшимся гормонам, грозила унести ее на своих темных волнах.

Она нервно дернулась, от досады зарычав на прядь. Нет, не идеальна. Прическа разваливается, на платье где-нибудь обязательно появится лишняя складка или ниточка в порвавшемся шве. Она точно знала, как выглядело платье. Видела его так часто и долго, что по памяти могла рассказать о том, сколько на нем бусинок-пуговок, какие цветочки вручную вышиты на невесомой ткани, сколько швов, в крепости которых Кира впервые усомнилась.

«Это нервы! Только нервы», – удрученно пробормотав под нос, Кира выдохнула.

Не каждый же день выходишь замуж, да еще за того человека. Особенного! Самого лучшего мужчину на свете.

Кира тряхнула головой, пытаясь собраться с мыслями.

«Просто нужно взять себя в руки, осмотреть еще раз платье, чтобы убедиться в своем отличном образе, проверить прическу, чтобы наверняка знать то, что прядь можно просто подколоть невидимкой, и тогда она перестанет плясать перед глазами. Да, так и сделаю» – мысленно озвучила план, продолжая рассматривать злосчастную прядку.

Она шагнула вперед, приближаясь к высокому зеркалу. Всего лишь двадцать минут назад она стояла здесь и рассматривала готовый образ, слушала комплименты и поздравления с предстоящим торжеством от умелых помощниц-фей, но как только за ними закрылась дверь и Кира осталась одна в огромной комнате, ей стало дурно. Неужели развилась какая-то безумная фобия? Например, страх перед свадьбой? Она глянула на дверь, быстро отбрасывая безумную затею превратиться в сбежавшую невесту.

«Так нельзя. Я не могу бросить Германа. Он нуждается в моей помощи или я в его?»

Как же сложно бороться с боязнью. Теперь-то она понимала Германа даже лучше, чем два года назад.