Повезло, что та, которая тяжелее, упала на ногу, а не на голову. Но на тот момент меня и это не сильно радовало. Так как если по голове я получила скорее обидно, чем больно, то вот нога отозвалась болью всеми имеющимися нервными окончаниями, о существовании которых я даже не подозревала.

Прыгая на одной ноге я, не скупясь на выражения, делилась впечатлениями от всего спектра ощущений, совмещая с пожеланиями виновнику самому на личном опыте проникнуться моим «восторгом», ощутив всю радость от такого близкого знакомства с историей (а это была именно она).

Я слышала, конечно, что многие очень близко принимают прочитанное, но всегда думала, что близко к душе, а никак не к телу.

Пока я возмущенно и красноречиво не соглашалась с двумя этими понятиями, меня беспардонно подхватили на руки и транспортировали на ближайший диванчик. Не обращая внимание на мои попытки оттолкнуть виновника раскрытия моего красноречия, последний ухватился за пострадавшую конечность стальной хваткой, при этом, стараясь не причинить большего вреда, и под светом моментально загоревшегося основного освещения, с профессиональным видом стал ощупывать стопу.

— Ты не перестаешь меня удивлять. — усмехнулся он. — То твое предпочтение в белье, то неожиданное познание в лексиконе портовых грузчиков, наводят на некоторые мысли.

— О, — озлобилась я окончательно, жалея, что как гадюка не умею плеваться ядом. — Вижу, мое белье до сих пор не дает тебе покоя. Хочешь, сделаю подарок и закажу тебе такой же? У меня в том салоне большая скидка как у постоянного покупателя, поэтому даже не обратят внимания на нестандартные размеры. Ты мне на досуге только свои параметры на листочке запиши, чтобы с корсетом не прогадать!

— Про покой ты, пожалуй, права.

 — несколько не оскорбился Венес с усмешкой, невозмутимо продолжая удерживать мою ножку «проверяя серьезность повреждений», на деле нагло наглаживая мою щиколотку. — Такие, я не скоро забуду. Впечатления не успевают меркнуть в воспоминаниях, как ты, с каждым днем, освежаешь мою память и фантазию. — гаденько улыбнулся он под аккомпанемент скрипа моих зубов. Под внимательным взглядом герцога, который даже не думал отводить взгляд, я запахнула халат, что разошелся на груди, после недавнего «фейерверка» из книг, открывая вид на кружево окантовки сорочки. Где мой тулуп и валенки?!

Будет большим чудом, если под конец договора у меня останется хотя бы намек на эмаль на зубах. Зато зубные врачи, наверняка, будут на меня молится, так как я стану делать им месячную выручку за одно посещение.

— Ты что делаешь?! — возмутилась я, с остервенением вытаскивая ногу из капкана рук.

— Лечебный массаж. — с авторитетным видом ответили мне.