Я глубоко вздохнула, чуть приоткрыв губы, и так же во все глаза смотрела, как Венес все так же медленно отстраняется с легкой улыбкой и, не обмениваясь на правила приличия, обнял меня за талию, притянув к себе, заставив сдавленно пискнуть от неожиданности.

Только сейчас я поняла, что в комнате стоит подозрительная тишина. Ну, естественно, наша пара не осталась без внимания. Все с жадностью наблюдали за нами и, конечно же, ничего не упустили. Значит, это было очередное показательное действие герцога. Не удивлена.

От досады прикусила губу, пытаясь незаметно отпихнуть Венеса.

Что ж, своего он добился. Прежнюю неловкость все забыли, полностью сосредоточившись на нас.

— По поводу того, что люди не любят Агату, я категорически не согласен. — между тем, не обращая на мои попытки вырваться, нарушил он тишину. — Пусть она не особо жалует светское общество и предпочитает ограниченный круг общения, это еще не делает ее нелюдимой. В своем магазине ей довольно часто приходиться общаться с разными людьми из совершенно разных слоев общества. И могу с уверенностью сказать, что все отзываются о ней как о замечательном человеке, приветливой девушке и хозяйке.

То, что расслабляться она предпочитает не на светских раутах, а в кругу близких или за книгой, на мой взгляд, только ее красит. Лично мне эта ее черта очень нравится. — шире улыбнулся он и задорно подмигнул ошарашенной мне.

— Вижу, жену ты подыскивал себе под стать, да, братец? — усмехнулась Нинель.

— Считай как знаешь, Нина. — спокойно ответил он.

Герцог, подобно мне, не любит посещать общество? На это намекала Нинель? Или я чего-то не понимаю? Да, нет! Быть такого не может.

Герцог — фигура публичная, следовательно, наверняка ведет активную светскую жизнь.

— А как вы познакомились? — заинтересовалась Даша. Ну, к этому я была готова и пересказала уже заготовленную версию. Слушатели повздыхали от умиления. Особенно усердно вздыхали близняшки. Нинель тоже вздыхала, по другому поводу. Подозреваю, что ей это было просто не интересно, а наше общество скучно, а просто взять и уйти заниматься своими, более увлекательными делами ей не позволяло воспитание.

Мне она нравится все больше и больше, чувствуя, что нашла в ней родственную душу. Я тоже очень хотела плюнуть на все и забаррикадироваться в комнате, пережидая осаду новоиспеченных родственников, пока те не уедут. И пусть мотивы у нас были, возможно, разные, меня это не смущало. Кто-то особо впечатлительный даже отметил романтичность ситуации, хотя я упорно ничего романтичного не видела.

Но у всех взгляды на романтику бывают разные.