— Если хочешь знать, она нисколько не огорчилась моими словами и оскорбила меня! А еще угрожала! — пожаловались на меня и надули губы. Не выдержала и фыркнула тихо от глупости ситуации.

— Я так понимаю, должен тебя сейчас пожалеть? — предположил Клим, внимательно следя за красавицей. Судя по красноречивому молчанию — именно на это и надеялись. — У тебя совсем мозгов нет? — поднял он брови.

— Да как ты смеешь? — задохнулась баронесса.

— А теперь заткнись и слушай. — перебил он ее тихо. Тихо, но от его тона, у меня мурашки по коже побежали. А ведь он даже не на меня злится. — Если я еще раз увижу, или узнаю, что ты приближалась к моей жене — я тебя уничтожу. Поняла? Говорить о том, что и сам не желаю тебя видеть, стоит? Или сама дойдешь до этой мысли?

— Клим! Нам ведь было так хорошо вместе. — попыталась она разжалобить его. — Чем она лучше меня? Невзрачная замухрышка. К тому же совершенно не умеет обращаться с мужчинами. — очень жалостливо всхлипнула она, что я невольно восхитилась. Так красиво плакать я не умею, хотя меня этому очень долго учили. Вместо ожидаемых застывших слез в блестящих глазах, итогом моих стараний оставались: распухший нос, покрасневшее лицо, красные глаза и безжалостная икота. Про сопли в три ручья — вообще молчу.

— К предыдущим требованиям, я добавляю еще одно — не смей плохо отзываться о ней. Никогда. Узнаю, что ты распускаешь про нее грязные слухи — уничтожу.

— Да что с тобой? — рявкнула она, резко прекращая театральный плач. — Еще скажи, что влюбился! В нее? Серьезно? — спросила она с таким негодованием, будто Клим вместо жены мог влюбиться в табуретку.

— А почему тебя это так удивляет? — усмехнулся он, выразительно выгнув бровь.

— Да брось! — засмеялась она. — Мы оба, знаем, что ты не способен на такие чувства. Ты сам мне это говорил. Наиграешься, со своей девчонкой, а после сам прибежишь ко мне, когда она тебе наскучит. Вот только не факт, что я соглашусь к тебе вернуться. Так что подумай еще раз хорошенько, прежде чем отказываться от меня. — сложила она руки на груди, отчего ее грудь в вырезе платья стала еще выразительнее. Стыдно признаться, но будь я мужчиной, на месте Венеса, сейчас очень задумалась бы. С ЭТИМ, мне действительно не сравниться, и никакие корсеты не помогут. — Так и быть, я готова смириться с тем, что ты женат на ней, если мы и дальше продолжим наш роман. — милостиво сообщила она.

— Отлично. Мой ответ — нет. — с усмешкой на красивых губах ответил он, явно желая покинуть комнату. Я судорожно стала вертеть головой в поисках, где укрыться. Убежать у меня явно не получится. Просто не успею. А оказаться пойманной при подслушивании — не хотелось.