Оказалось, что Иван и правда живет не так уж далеко от меня по меркам города.

POV Воробышек

Девчонка шла, боязливо оглядываясь, и в лифте смотрела то на меня, то на носки моих ботинок так внимательно, словно ждала от них, что они вот-вот заговорят.

— Заходи, — я отпер входную дверь, сунул ключи в карман, и впустил ночную гостью внутрь квартиры. Включил свет. — Что у тебя там, кирпичи, что ли? — поставил на пол рюкзак ботанши, наблюдая, как она неловко мнется, оглядывая прихожую.

Точно Чудилка. Смешная. Так сжалась, словно в дом с привидениями попала. Ну, пусть помнется, заслужила.

Я не спеша снял куртку и разулся.

— Почему кирпичи? Книги, — удивленно отозвалась. И когда только очки натянуть успела?

— Много?

— Немало, — ушла от прямого ответа. Ну-ну. Она что, надеется, что я их все за ночь прочту?

Я отодвинул створку встроенного шкафа и повесил куртку, оставшись в футболке и джинсах.

— Раздевайся, Уфимцева. И не смотри на меня так, словно я столетний вампир и сейчас вгрызусь в твою нежную шею. Давай без этой девчоночьей романтики. Не собираюсь я тебя кусать, хотя не спорю, вчера очень хотелось. Твое счастье, что София вмешалась, иначе бы я тебе шею свернул.

Я тебе не мальчик, лучше уясни это на будущее. Больше никаких игр и сюрпризов, ясно?

— Ясно, — буркнула в ответ, но сомнение все равно перевесило: — Так уж и свернул бы?

— Попытался! — рыкнул, не сдержавшись, и с удовольствием заметил, как Зубрилка испуганно моргнула.

— А ты чего шумишь? — сказала шепотом, оглянувшись в глубину квартиры, но куртку сняла и присела, чтобы снять скетчерсы. — Разбудишь же всех.

— Не разбужу. Пошли! И тапки надень, у меня не убрано.

Я вошел в гостиную и зажег верхний свет. Если Уфимцева и удивилась, что мы одни, то виду не подала.

На письменном столе лежала раскрытой курсовая работа неизвестного студента Белянкина — муть мутью, и девчонка, не заглянув в нее, закрыла папку и отодвинула в сторону. Точнее, все сгребла в сторону, освободив рабочее место. Расстегнув рюкзак, стала выкладывать на стол книги — одну, вторую, третью. Все довольно объемные и увесистые. Подтянула ближе стул…

— Можно мне сесть?

— Валяй.

Ну-ну. А, может, я зря согласился на встречу? Что она изменит? Весь вечер Уфимцева не шла из головы, сидела в мыслях занозой.

Поверить не мог, что у какой-то тощей заучки так легко получилось мне отомстить. Выставить дураком перед друзьями, у половины из которых, только копни — имелись хвосты, еще длиннее моих. Даже София попалась. Поглядывала с интересом в нашу сторону, пока этот недоросль-вундеркинд пыталась и дальше вывести меня из себя, допытываясь о каких-то законах и формулах. Не представляя, какие картины расправы с ней рисует мое злое воображение. Руки так и чесались дотянуться до Мелкой пакости, вздернуть за косу и придушить.