— Что за диспут во время новой темы? Возможно, я вам смогу помочь?"

"Меня насквозь буравили глаза, горящие синим пламенем, но прежде чем улыбнуться и ответить преподавателю, я ответила на этот огонь не менее горячим и гневным шепотом:

— А это тебе за танец «Волну» и за спортбайк — я говорила, что боюсь скорости! А у меня ведь даже шлема не было, в отличие от тебя! Но, раз уж ты у нас такой смелый гонщик, посмотрим, как ты почувствуешь себя на моей скорости!

Вскинула руку и сказала:

— София Витальевна, Иван так впечатлен вашей сегодняшней лекцией об эффекте энтропии, что просит о возможности полнее раскрыть тему гипотезы Больцмана в домашнем реферате.

Обещает к следующей паре сдать!

Кажется, доцент растерялась.

— Как к следующей? Но это же завтра?

— Вот завтра и сдаст. Правда, Ваня? Зачем откладывать?

— 19 —

Хорошо, что София Витальевна просидела за кафедрой все два часа, в которые я безуспешно пыталась разговорить Птица и оценить уровень его знаний. Иначе, судя по искрам в синих глазах, он бы меня убил. Или убьет. Ой! Кажется, пора заканчивать занятие.

Я убрала ноут в рюкзак и постаралась бодро улыбнуться. Вышло не очень.

— Ну все, Воробышек. На сегодня хватит! К следующему уроку подготовлю для тебя список литературы и задания. Ничего сложного, ты не переживай! И потом, если что, ты всегда можешь спросить у меня. Мы же с тобой теперь даже в фейсбуке друзья! Здорово, правда?!

В руке Ивана с громким треском сломался карандаш.

— Ну, может, и не совсем друзья.

Как только встали и направились к выходу — я впереди, а Воробышек за мной, дыша драконом в спину и наступая на пятки, услышали оклик Софии Витальевны.

— Ваня, ты не поможешь мне снять папки с верхней полки в шкафу? Там, где курсовые работы? Хочу найти работу Белянкина за прошлый год.

Помнится, она у него как раз была по теме гипотезы Больцмана. Тебе наверняка будет интересно. Вот спасибо! Да где же она затерялась… А ты иди, Катя. Иди! — махнула доцент рукой в мою сторону. — Мы сами справимся.

— Д-досвидания! — пролепетала я преподавателю и ка-ак чухнула из аудитории, а следом из университета — только пятки засверкали. Куда там спринтеру!

Вот это я отомстила — так, что и самой страшно. Хоть бы Ванька не догнал! А то ведь оторвет уши вместе с косой, а людям скажет, что так и было! Ох, кажется, я допрыгалась…

Двери открыл папа, и сразу же озадачился, приложив ладонь к моему лбу.

— Ну вот, этого я и боялся. Сначала Лялька, потом Света, теперь ты. Все бледные и взмокшие. Я звоню маме — это наверняка вирус!

Я разулась и позволила папе снять с меня куртку, зная, что бесполезно сопротивляться. Еще с садика повелось: если двери открывает папа — ему и вешалки в руки, все девочки нашего дома знают.

— Не надо звонить маме, пап. Просто настроения нет, вот и все.