— С Днем рождения, Умка! Прости, что не сказал сразу, как только понял — еще там, под звездами. Я люблю тебя. Хочу, чтобы ты знала: ты всегда будешь для меня особенной.

Я тоже его люблю. Очень люблю! Обнимаю, целую губы и глажу затылок моего Воробышка.

— Дурачок ты, Ванька. Как есть Иванушка-дурачок! Не нужны мне никакие цветы.

— Что ж, отличная мы с тобой парочка — Умка-премудрая да Иванушка. Только насчет цветов я не согласен и прямо сейчас думаю, как все исправить.

— Вань?

— М-м?

— Что мы здесь стоим? Поехали ко мне домой. Дома ждет стол. Познакомишься с родителями по-человечески, они у меня хорошие. Да и Сема по тебе соскучился. Поехали, Вань! Все равно у тебя дома брат с Ленкой. Вдруг у них по-настоящему?

Ванька хмыкает.

— Уверен, что завтра Даня и не вспомнит, как ее звали. Первый раз, что ли.

— Грустно, — вздыхаю я.

— Ну, почему, — Воробышек криво приподнимает уголок рта. — А по-моему, им очень даже весело.

Я пихаю Ваньку плечом, и мы смеемся.

— Слушай, Умка, я тут подумал: а не одолжить ли мне у тебя Семена на денек?

— Зачем?

— Может, мне его брату в постель подложить, чтобы он снова на сборы уехал? Я ведь теперь без тебя не могу!

Эпилог

POV Ванька

— Слушай, Клон, хватит злиться. Да, я был неправ, признаю. Забылся. Но вышло, как вышло. Приехал, встретил Ленку по пути. Слово за слово, зашли чаю попить…

— Хороший у вас вышел чай. Такой горячий, что другие обожглись.

— Ну я ж не знал, что у тебя девчонка объявилась!

— Я тебе говорил о Кате. И не раз.

— Да мало ли о ком говорил! Сегодня есть, завтра нет. Сколько будет еще этих Кать!

Мы стоим с братом вдвоем на кухне, и я готовлю кофе. Точнее, готовит кофемашина, но бутерброды она делать еще не научилась и я старательно намазываю тосты мягким сыром, пока мой Очкастик, отобрав у меня компьютер, разбирается со сложным программным кодом.

— Лучше закройся, Даня, пока я тебя не закрыл. И не кричи, Катя услышит. Она и так тебя недолюбливает.

— Подумаешь…

— А ты лучше подумай, Клон. — Я откладываю нож в сторону и поворачиваюсь к брату — к своему зеркальному отражению, и смотрю ему прямо в глаза. — Подумай хорошенько, стоит оно того или нет.

Даня удивляется, он все еще не может поверить и принять, что в моей жизни появилась Умка, и что она для меня много значит. Но я не собираюсь ничего объяснять. Если не дурак, сообразит как-нибудь сам.

Надеюсь, что сообразит.

Он проводит ладонью по коротко стриженой голове и озадаченно поднимает брови:

— Ты серьезно сейчас?

— Более чем.

— Да она же мелкая, Ваня. Сколько ей? Семнадцать? Что с ней делать?!

— Девятнадцать. У нашей матери уже Женька появилась в ее возрасте. А вот насчет последнего — это не твое дело, понял? Мне не пятнадцать лет, чтобы стеснятся отношений с девчонкой, от которой у меня сносит башню.