Что это со мной? Я же совсем другое собиралась сказать!

На лице Воробышка мелькнуло странное выражение. Он удивился, потом нахмурился, а потом неожиданно взял и сам приложил ладонь к моему вспотевшему лбу.

— Уфимцева, а может, это ты заболела? — с подозрением спросил. — Легкий бред — первый признак вирусной горячки. — Ванька показал белые зубы и тоже наклонился, чтобы прошептать. — И… мне показалось, или ты ревнуешь, Очкастик? Неужели я тебе нравлюсь?

Я покраснела. Да так, что даже кончики ушей вспыхнули.

— Что?

— Я же видел, как ты стояла и смотрела. Ты не умеешь врать, Уфимцева.

Я точно знаю, что ты меня заметила. — Ванька навис надо мной и склонился к самому уху: — И нет, мне нигде и ничего не мешает, моя харизма в полном порядке. Я просто люблю свободу передвижения. Так, говоришь, я симпатичнее дикаря? Может, поэтому ты сейчас такая горячая, что я чувствую твой жар? Все дело в моей походке и… баобабах? Эй, Уфимцева, ты куда?

Но я уже спешила прочь, понимая, что подчистую проиграла раунд. Чувствуя, как загнанно стучит сердце — как у вспугнутой охотником лани.

Что это было? Фу! Неужели он со всеми такой идиот? Ну нет, я не привыкла к таким откровенным подколкам и провокациям в разговоре! Как? Как я добьюсь цели, если Ванька будет со мной так играть? Чем я смогу ему ответить? И, господи, почему, почему у меня от его дыхания в животе словно узел стянулся? Я же трезвомыслящая девушка!"

"Я завернула за угол и замедлила шаг — все еще быстрый, но уже не похожий на трусливый бег.

Даже думать не хочу, как этот бег расценили со стороны Снежана и друзья Воробышка. Наверняка посмеялись над глупой ботаншей. Ванька-то по любому смотрелся героем.

«Спокойно, Катя, — я постаралась выдохнуть и взять себя в руки. — Это просто флирт, уколы невербальных сигналов. И, если на то пошло, ты сама его спровоцировала!»

Да, я брежу, он прав, раз уж решаюсь говорит подобное. А значит, мне срочно нужен холодный душ из формул и расчетов. И хорошо бы самых сложных расчетов! Чтобы нырнуть в них мыслями и не вынырнуть! Слишком много в них поселилось Воробышка!

— Ой, извини! — я с разбегу впечаталась в чью-то грудь и отпрянула.

Сбитый с пути парень тоже извинился и одновременно со мной поправил на носу очки.

— Катя?

— Антон?

Ну, конечно, кто еще, как не два ботаника, могут одновременно выглядеть растерянными, смущенными и сбитыми с толку.

Уж не знаю, как выглядела я, но щеки Антона Морозова просто пылали румянцем. Наверняка так же ярко, как мои собственные. Мы посмотрели друг на друга и вздохнули.

— Морозов, а с тобой-то что случилось? — тихо спросила я. — Пожалуйста, скажи, что все хорошо.

— Терпимо, Кать, — ответил парень. — Но я выберусь. А ты как?

Я пожала плечами:

— И я выберусь.