— Я бы не назвал их “хорошими”, — ответил Бенджи с одним из своих электронных смешков. — С другой стороны, очевидное желание Врага сосредоточить всю доступную огневую мощь в кратчайший возможный момент дает нам некоторые тактические преимущества, Манека.

— Да, конечно дает.

Она покачала головой.

— Я серьезно, — сказал ей Боло, она перестала качать головой и недоверчиво посмотрела на внутренний визуальный датчик.

— Каким образом то, что они обрушат на нас еще большую огневую мощь, повышает наши шансы на выживание? — спросила она.

— Я не говорил, что это повысит вероятность нашего выживания.

Я просто заметил, что это дает нам определенные тактические преимущества — или, по крайней мере, лазейки, — которые мы не могли бы создать сами, — ответил Боло, и в его голосе было нечто большее, чем простая электронная уверенность. Это был опыт. Личный опыт, накопленный за сто двадцать шесть лет его службы против врагов человечества. — Если бы их военные корабли предпочли оставаться на дальних ракетных дистанциях, а не задействовать свои энергетические батареи, они остались бы за пределами досягаемости нашего энергетического оружия. Однако, как бы то ни было, анализ новых подлетных траекторий показывает, что они войдут в зону поражения энергетического оружия батальона за 16,53 секунды до того, как появятся крылатые ракеты их наземных войск.

Голубые глаза Манеки Тревор расширились от понимания, и Боло издал еще один смешок. На этот раз холодно, без намека на юмор.

— Они дают нам шанс поразить их прежде, чем ракеты долетят до нас? — спросила она.

— Так точно. Они явно пытались тщательно скоординировать маневр, но время, по-видимому, недостаточно соответствует их потребностям.

Если они не скорректируют свои полетные профили в течение следующих тридцати восьми секунд, Батальон сможет поразить каждый их военный корабль по крайней мере один раз, прежде чем их крылатые ракеты выполнят свои конечные маневры. Если бы они были готовы дождаться начала первой ракетной атаки, прежде чем приблизиться, или даже постоянно оставаться за пределами досягаемости “Хеллбора”, они в конечном итоге смогли бы уничтожить весь Батальон одними ракетами.

— Вместо того, чтобы дать нам возможность полностью уничтожить их орбитальную огневую поддержку! — закончила она за него.

— Так точно, — повторил Бенджи, и она услышала одобрение — и гордость — в его глубоком голосе. Она почувствовала гордость за себя. За ученицу, которой она стала, когда полковник дал под ее командование первый Боло... и, тем самым, поручил этому Боло заботится о ее истинном обучении. Вот что придавало гордость его голосу: тот факт, что его ученица так быстро осознала чудовищность ошибки мельконианцев.