Манека и Бенджи делили свою капсулу с ротой “С” Третьего батальона Второго полка Девятой дивизии морской пехоты. Капитан Белостенец, командир роты “Чарли”, представилась им, когда ее рота поднялась на борт, и они с Манекой провели несколько часов, обсуждая возможные варианты развития событий, когда они окажутся на поверхности Шартра.

Если только кто-нибудь из нас доберется до поверхности, мрачно подумала она, остро ощущая, как учащается ее пульс.

— О, да, я в ужасе, — сказала она своему Боло.

— Ты напугана, — согласился Бенджи. — Это нормальная и здоровая реакция на перспективу сражения и возможной смерти.

Но твой страх вовсе не парализует тебя и не мешает тебе ясно мыслить. Испытывать страх — не так уж плохо.

— Боло не испытывают эту особую эмоцию так, как люди, Манека, по крайней мере, я так считаю. Не без оснований говорят, что наши личности более “кровожадны”, чем у большинства людей. В результате в такие моменты мы испытываем не только тревогу, но и предвкушение. Это, в буквальном смысле, то, для чего мы были спроектированы и созданы. Наша высшая функция.

— Но не думай, что нам чужд страх. Мы боимся, что потерпим неудачу в нашей миссии. Мы боимся, что окажемся не в состоянии справиться с вызовом, с которым столкнемся. И точно так же, как наши внутренние диагностические системы запрограммированы на то, чтобы чувствовать эквивалент боли, когда мы получаем повреждения, в нашей личности заложено яростное желание выжить. Прошло то время, когда Конкордат допустил ошибку, полагая, что воин, который без страха принимает смерть, является идеалом. Страх — это такой же инструмент, как и смелость, Манека.

Если слишком много “смелости” превращается в самоубийственное безрассудство, то слишком много “страха” может перерасти в парализующую панику. Но чтобы достичь наиболее эффективного уровня ведения боя, любой воин — человек или Боло — должен правильно сбалансировать предостерегающее воздействие страха и агрессивность, порождаемую храбростью. Я полагаю, ты это сделала.

— Ты обо мне лучшего мнения, чем я сама, — сказала Манека.

— Потому что ты воспринимаешь все свои недостатки изнутри, — спокойно сказал Бенджи.

— Я же могу наблюдать за твоими реакциями и действиями со стороны. Ты не смогла бы так хорошо координировать свои действия с капитаном Белостенец, если бы была “напугана до смерти”.

— Возможно, — с сомнением признала Манека.

На самом деле, подумала она, за все то время, что они с Белостенец обсуждали возможные тактические ситуации и способы реагирования на них, они не так уж много успели спланировать. Либо они доберутся до поверхности планеты живыми, либо нет.