У Кати – пожалуйста, ходи без перчаток сколько угодно, только за пакет с деньгами не хватайся, Яна Орлова – Катина подруга и много раз бывала у нее дома, а случись что – и объяснить наличие следов Яны-Ларисы в квартире Наташи будет крайне затруднительно. Задвинула ящик, выпрямилась и стала шарить глазами по поверхности туалетного столика, по баночкам с кремами, флакончикам с лосьонами, духами и дезодорантами, по небрежно брошенным дешевеньким украшениям. Она и сама не понимала, как так вышло, только когда опомнилась, перчатки оказались у нее в зубах, а в руках Лариса вертела подвеску из крупного отполированного поделочного камня.

В первый момент она было запаниковала, но быстро пришла в себя: заказчик говорил, что менты в первую очередь будут проверять отпечатки пальцев на деньгах и на пакете, а также на ящике и на том, что в этом ящике еще будет лежать. Они будут доказывать, что никто, кроме Наташи Аверкиной, эти деньги туда положить не мог. Больше ничего проверять не станут. «Все обойдется, – успокаивала себя Лариса. – Никто не будет искать мои отпечатки. И вообще, меня никогда не найдут». Она решила даже заказчику о своем промахе не рассказывать. Мало ли, а вдруг он сумму гонорара урежет за прокол…"

"Автобус проехал заправку, миновал поворот направо на проселочную дорогу и метров через пятьдесят притормозил у остановки. Лариса вышла и двинулась назад, к повороту. Еще триста метров тащить тяжелую сумку до машины! Ему хорошо, сидит небось в тепле, музыку слушает, а она должна таскаться по его милости с такой тяжестью в руках, да еще по скользкой обледеневшей дороге, настоящий каток под ногами, того и гляди навернешься – костей не соберешь.

Пришлось идти медленно и осторожно, и с каждым шагом Лариса чувствовала, как растет ее ненависть. Ко всем. К заказчику, который отсиделся в сторонке, пока она делала за него всю грязную работу. К Кате Аверкиной, ни с того ни с сего получившей огромное наследство. К давешнему оперативнику-красавчику, который гуляет с какими угодно девицами, только не с ней, не с Ларисой. Вообще ко всем людям, потому что у всех жизнь намного лучше и легче, богаче и интереснее, чем у нее. Все лучшие куски себе расхватали, все жируют и радуются, тратят деньги на свои удовольствия, и только ей ничего не досталось.

Она смотрела под ноги, хотя все равно почти ничего не было видно на этой неосвещенной проселочной дороге, и чуть не поскользнулась, потеряв от неожиданности равновесие, когда услышала знакомый голос. Неужели она прошла триста метров? А ей казалось, не больше ста.

– Я пошел тебе навстречу, – пояснил заказчик. – Скользко, темно. Давай, возьму тебя под руку.

«Лучше бы ты сумку у меня взял», – зло подумала Лариса, но промолчала.