Но глаза его не покидала тревога. — У меня плохое предчувствие, Лали. В Храме может быть опасно. Он такой древний, наверняка, полный ловушек.

— После столкновения с духом нижнего мира мне уже ничего не страшно, — по телу пробежала дрожь, стоило вспомнить недавний эпизод.

С тех пор их путь проходил достаточно спокойно, без серьезных столкновений и потерь в отряде. Их и так осталось мало. Но Лалиэн признавала, что проблем у них стало много меньше, когда они прекратили связь с Советом.

— Лали, — Аркарион с тяжелым вздохом стиснул ее в объятиях, от чего перехватило дыхание.

— Я же серьезно.

— Знаю. Но я нужна в Храме, — Лалиэн положила голову на его плечо. — Все будет хорошо.

Наверное, сейчас был тот самый момент, когда стоит признаться в чувствах. Сказать, что для нее отношение к Аркариону давно перешло черту дружбы или влечения. Он стал неотъемлемой частью ее жизни, души. Тем, кто всегда рядом и в радости, и в горе. Три простых и естественных слова, но как же сложно их произнести. Вдруг для него все иначе? Сделав ей предложение, он просто поступил по чести. А чувственное удовольствие и настоящие чувства не одно и то же.

Снова страхи, казалось, она от них избавилась. Но она была смелой с Кирианом, и ни к чему хорошему это не привело. Вдруг и здесь она слишком спешит?

— Будет, — Аркарион уткнулся носом в ее волосы, глубоко вдохнул. — Наверное, я волнуюсь. Скоро заклинание будет у нас, мы сможем освободить Лекс. Если все пройдет по плану, нужно отправляться в Серебряную Луну. Я должен быть с братом. Ты же последуешь со мной?

Лалиэн ощутила, как напряглось тело мужа, а слова прозвучали чуть хрипловато. Она не знала, что намерена предпринять Александра.

Последнее время она разговаривала редко, молчала, часто проваливаясь в видения. Но в любом случае дальнейший путь и ее жизнь связаны с Аркарионом.

— Конечно, — она вновь приподнялась, чтобы с улыбкой заглянуть в его глаза. — Мы с тобой до конца, — припомнила она его слова, сказанные в момент смертельной опасности.

Глаза Аркариона вспыхнули. Он ничего не произнес, но Лалиэн нутром ощущала его радость, благодарность и любовь, а еще сомнения, тревоги и страх за нее. Она сама испытывала всю эту мешанину чувств.

Они потянулись друг к другу одновременно. Слились в поцелуе, осторожном, нежном и медленном. Из ее глаз брызнули слезы. Слишком сильны были эмоции, кипящие в груди, в самой душе.

Громкий топот копыт ворвался в этот прекрасный момент, заставив опомниться и подскочить на ноги. Но они сразу же расслабились."

"— Йен, — прошептала Лалиэн с облегчением.

— Наконец-то, — Аркарион взял ее за руку, мельком улыбнувшись.

Какие бы новости ни принес наемник, им предстояло сняться с лагеря и двинуться в путь.