По моей коже пробегают мурашки, и я дрожу, как будто меня облили холодной водой.

Я достаю наушники и вставляю их, затем увеличиваю громкость до максимума в беспомощной попытке заглушить окружающие звуки."

"Неважно, что мой слух пропал. Я все еще чувствую, как его аура вспыхивает вокруг меня, колет кожу, почти душит меня.

Что-то происходит позади меня, я делаю вид, что не почувствовал этого, и иду дальше.

Внезапное движение заставляет меня остановиться, и я медленно оборачиваюсь.

Я застываю на месте, глядя на сцену перед собой.

Два парня лежат на земле, из их носов и ртов течет кровь, они извиваются и корчатся от боли. Над ними стоит Джереми, его кулак окровавлен, а выражение лица пустое и ледяное.

Прошли недели с тех пор, как я видела его так близко, и почти забыла, насколько он огромен. Его кожаная куртка натянута на напряженные мышцы бицепсов и широкую грудь.

Я не сомневаюсь, что это он сделал это с ними, и сейчас жалею, что не остановилась, чтобы осмотреться.

Как раз в тот момент, когда я думаю о том, как лучше сбежать, он направляется ко мне. Я слишком ошеломлена, чтобы двигаться, и он настигает меня в несколько шагов.

Я вздрагиваю, когда его рука проносится к моему лицу, но он не хватает меня. Он выдергивает мои наушники.

Громкая музыка все еще доносится до меня, даже когда он берет их в свою большую руку с венами, тянущимися от тыльной стороны к длинным пальцам.

Громкая музыка все еще доносится до меня, даже когда он сжимает их в своей большой руке с венами, тянущимися от тыльной стороны к длинным пальцам.

— Какого хрена... — он останавливается, а затем начинает снова более собранным тоном. — Кто слушает громкую музыку, гуляя ночью в одиночестве?

Он разговаривает со мной. Вот это да. Почему он разговаривает со мной, когда поставил своей задачей только наблюдать за мной?

Моя кожа нагревается, и я думаю, что задохнусь. Нет, я уверена, что так и будет.

Дикая тяжесть его взгляда пронзает меня, пока он с нарастающим нетерпением ждет моего ответа.

— Я не думала...

— Ты явно не думала. Ты вообще это делаешь?

— Не оскорбляй меня. — Я резко вздохнула. — Я бы не включила громкую музыку, если бы ты не преследовал меня, как мудак.

Я делаю паузу.

Черт. Проклятье.

Это было негласное правило — не признаваться, что я знаю, что он преследует меня, но я пошла вперед и призналась, что все это время знала.

Я ожидала гнева, может быть, его ледяного отношения, но легкая ухмылка приподнимает его губы.

— Как мудак, да?

— Я не имела в виду...

— Ты не имела в виду что? Того, что я мудак?

— Я... я иду домой.

— Нет, не пойдешь, — Он сжимает мой локоть. — Раз уж я уже стал мудаком, может, стоит пойти дальше.

Глава 8

Сесилия

Я ошеломлена его долгим молчанием.

И Джереми использует этот шанс, чтобы увлечь меня за собой.