Как будто он не может привыкнуть к эмоциям, изливающимся из него.

Однако в этот раз он не только позволяет мне, но и не проявляет никаких признаков дискомфорта. Возможно, он привыкает ко мне так же, как я привыкаю к нему.

— Пожалуйста, Джереми, — я глажу волосы на его затылке, зная, как ему это нравится. — Сделай это для своих родителей и для себя. Я уверена, что ты скучаешь по Анни, верно?

Он только хмыкает.

— Ты обещаешь, что не причинишь ему вреда?

Секунда.

Две.

Три...

— Хорошо. Обещаю.

Я визжу и целую его в щеку. Это так естественно, что мы оба делаем паузу.

— Спасибо, — неловко шепчу я.

— Не благодари меня пока. Если он обидит мою сестру, я отрублю ему голову.

Я уверена, что Крей так не поступит.

Факт остается фактом: склонность Джереми к насилию — это то, к чему мне придется со временем привыкнуть.

Он зверь, но этот зверь вдохнул в меня жизнь.

Он зверь, который готов разнести весь мир на куски, лишь бы защитить меня от него.

Он мой зверь.

Я просто не представляю, кто я для него.

Глава 34

Джереми

— Что мы здесь делаем?

Звук испуганного голоса Сесилии заставляет меня улыбнуться. Я не хочу. Просто так получилось."

"Многое в ней заставляет меня улыбаться. Будь то ее глупый психоанализ вымышленных персонажей, ее привязанность к этим персонажам или выражение лица, которое она делает, когда ее застают врасплох.

Как сейчас.

Я спрыгиваю с мотоцикла и бросаю шлем в руки ожидающему Илье. Он кивает мне, затем Сесилии, чьи брови поднялись почти до линии волос.

Она не моргает и не реагирует, когда я беру ее за руку и начинаю вести в особняк. И только когда мы оказываемся на пороге, она качает головой и останавливает нас.

— Серьезно. Что мы здесь делаем?

— Разве ты не спрашивала на днях, почему я никогда не привожу тебя сюда?

Она с трудом сглатывает, а ее рука ослабевает в моей. Она так близко, что я вижу крошечные веснушки на ее щеках, пятно темных корней в ее серебристых волосах и вдыхаю ее запах.

Чертовы водяные лилии. Я никогда не думал, что буду так очарован запахом, как запахом Сесилии.

Мне никогда никто не нравился настолько, чтобы сосредоточиться на нем, захотеть узнать о нем больше, впечатать себя так глубоко в его кожу, чтобы он не смог меня извлечь, пока не порежется и не пойдет кровь.

И все же, именно такие мысли были у меня об этой девушке.

— Это был... просто образный вопрос. — Она смотрит на Илью, который идет следом. — Неужели он все воспринимает так буквально?

Мой охранник кивает.

— Когда дело касается тебя, боюсь, что да.

— Нам нужно это исправить.

— Прекрати говорить обо мне так, как будто меня здесь нет. — Я хватаю ее за подбородок и поворачиваю ее внимание обратно ко мне. — Не говори с Ильей, когда можешь спросить меня.

— О, пожалуйста. Тебе нужна помощь.