Сначала за ними по пятам гналось то существо и Фэн Синь вместе с Му Цином присутствовали в тот момент, так что это чувство не было очевидным. Хоть он и сказал “Давай поговорим позже”, но теперь, когда они отдышались, и это “позже” наступило,Се Лянь понятия не имел, что сказать.

Принц дважды слегка кашлянул, чтобы прочистить горло, поднял палец,чтобы почесать щеку, но несмотря ни на что чувствовал себя немного неуютно.Он хотел что-то сказать, но потом испугался, что это прозвучит слишком резко, или слишком глупо, или чересчур намеренно, и в конце концов он надеялся, что Хуа Чэн будет первым,кто нарушит неловкое молчание. Однако выражение лица Хуа Чэна тоже было напряженным,будто он очень серьезно обдумывал план их сражения. Но, действительно ли он об этом думал, трудно было сказать, потому что руки, сцепленные за спиной, казалось, слегка дрожали.

Как раз в этот момент они прошли мимо божественной статуи. Большинство божественных статуй в пещере десяти тысяч богов были примерно того же размера, что и сам реальный человек,но мастерство исполнения этой было грубее и ее размер также уменьшился вдвое. Когда Се Лянь прошел мимо нее, он небрежно снял вуаль, покрывающую голову статуи, и его глаза загорелись:

-Сань Лан, ты вырезал и эту тоже?

Хуа Чэн оглянулся и замолчал. Прошло мгновение, прежде чем он ответил:

-Эта работа с первых лет. Гэ-Гэ, не смотри больше.

Должно быть это было абсолютная правда, так как божественная статуя действительно выглядела чрезвычайно уродливо. Хотя было легко заметить, что скульптор сделал все возможное, чтобы вырезать ту совершенную форму,запечатленную в сердце, но из-за недостаточного мастерства, его желание не исполнилось, и хотя нельзя было сказать, что скульптура была косой или кривой,но получившаяся в результате фигура была непропорциональной и улыбалась так, будто была умственно отсталой.

Тем не менее, несмотря на все это, ему все же удалось завершить каждую деталь без ошибок. Таким образом, Се Лянь мог сказать, что это была божественная статуя наследного принца. Даже присутствовало нечто подобное паре красных коралловых сережек.

Се Лянь молча прикрыл рот рукой и отвернулся. Чтобы выглядеть естественно, он даже сильно потер лицо. Хуа Чэн не знал, что сказать, и снова взмолился,пытаясь прикрыть статую вуалью:

– Гэ-Гэ, пожалуйста, не смотри больше.

-Не пойми меня превратно! Я действительно думаю, что это очень мило!-быстро сказал Се Лянь.

Но потом он подумал, не его ли изваял Хуа Чэн?Назвать эту статую милой,все равно,что расхваливать самого себя?Так что Се Лянь не мог удержаться от громкого смеха. Увидев это, Хуа Чэн склонил голову и тоже рассмеялся.

Таким образом, когда они оба рассмеялись,большая часть странной,тревожной напряженности рассеялась.