— Право, Вилка… Ты послушай!

— Мне некогда, пусть Ирина идет к следователю и ему выкладывает свои мысли.

— Аню задержали.

— За дело.

— Она милая девочка!

— Ага, только бьет в спину тех, кто, по ее мнению, не слишком быстро выбегает из лифта.

— Ну, Вилка, ради меня!

Я быстро встала. Последний аргумент Томочка употребляет очень редко, лишь в крайней ситуации от нее можно услышать подобную фразу.

Следовательно, случилось нечто экстраординарное.

Увидав меня, Ира вздрогнула, а Тамара быстро сказала:

— Ирочка, повтори-ка свой рассказ.

— Зачем? — тихо спросила Галкина.

— Вилка послушает.

— Она не хочет мне помочь, — прошептала Ирина.

— Нет, нет, ты ошибаешься, — завела Томуська таким сладким голосом, что я окончательно обозлилась.

— Вилке мы с Анечкой нужны словно прошлогодний снег, — продолжала кривляться Галкина.

— Верно, — кивнула я, — глаза бы мои вас не видели, но, раз Тома просит, готова послушать. Пой песню.

— Вот, слышала? — плаксивым голосом осведомилась Ирина.

И тут Томочка очень тихо произнесла:

— Ира, на всем белом свете имеется лишь один человек, способный вытащить Аню из того дерьма, в которое она вляпалась. Прекрати кретинствовать и немедленно изложи Вилке суть вопроса. Моя подруга человек занятой, она пишет книги, снимает кино, но одновременно является и гениальным сыщиком, который всегда бескорыстно помогает людям. Не существует дела, перед которым Виола спасует. Говори.

Галкина откашлялась и завела рассказ. Я, с трудом придя в себя после щедрой порции похвалы, выданной подругой, стала очень внимательно слушать Иру. Томочка всегда бывает права, у нее невероятное чутье, обмануть ее невозможно. Неужели Аня не имеет отношения к убийству Лизы Макаркиной?

Ира Галкина воспитывает дочь одна. Биологический отец Ани, алкоголик и наркоман, много лет назад исчез безвозвратно, чему его жена только рада.

Ира выходила замуж по любви, к тому же за сына профессора, и сначала чувствовала себя самой счастливой на свете. Мало кому повезло так, как ей."

"Жених — коренной москвич, с высшим образованием, его родители — не последние люди в столице. По идее, свекровь со свекром должны были скорчить презрительную мину при виде предполагаемой невестки, девочки из подмосковного городка, работающей штукатуром на стройке. Когда Леша впервые пригласил к себе Иру домой, девушка чуть не зарыдала от страха. Воображение развернуло перед ней картину. Вот дородная женщина с высокой прической, оттопырив нижнюю губу, цедит сквозь зубы:

— Сынок, кого ты к нам привел? Где нашел столь «достойную» партию? На какой помойке?

Леша, естественно, покраснеет и стушуется.