Это уж увольте!

Хаврон как человек принадлежал к распространенному ныне типу корыстных и циничных, однако в душе был даже слегка идеалистом. Правда, скажи кто-нибудь ему нечто подобное, Эдя скорее всего передернулся бы от омерзения и принялся бы протестовать.

– Я тебя никому не отдам! Ты сокровище! – воскликнул Эдя.

Трехдюймовочка одарила его снисходительной улыбкой.

– Спасибо. Мне уже говорили такое. Хотя я слышала и обратное. Особенно со стороны неблагодарных конкурентов. Они обвиняют меня во всевозможных преступлениях.

Хаврон помрачнел.

– За твое «спасибо» я не скажу тебе «пожалуйста». А за что тебя разыскивают? – спросил он, проверяя.

– Дорогой великанчик! – сказала фея, мило картавя. – Запомни это однажды и больше не повторяй ошибки. Если ты увидел афишу, то потому лишь, что я сама этого захотела…

– То, что в афише, правда?

– Разумеется. Незаконные предсказания будущего – полбеды. На это долго смотрели бы сквозь пальцы, если бы не другой мой проступок… Я помогла похитить артефакт, – сказала Трехдюймовочка.

– Это уже интересно. И как же ты это сделала? – спросил Хаврон.

Фея быстро взглянула на него и наморщила лоб.

– Однажды вечером ко мне явился закутанный в плащ человечек. Я даже лица его не разглядела. Что-то такое мелкое и незначительное. Он принес мешочек алмазной пыли и потребовал у меня заговорить ее. Алмазная пыль, видишь ли, отличная вещь. Большинство артефактов защищены от телепортации и от кражи, однако если посыпать их алмазной пылью, на которую наложена магия фей, артефакт можно унести без особого риска…

– Типичная подстава! Зачем же ты согласилась?

Трехдюймовочка вспорхнула и перелетела на подоконник.

– Я не могла отказаться. Когда-то давным-давно один маг спас мне жизнь. В благодарность я подарила ему кольцо и пообещала, что исполню любую – даже самую невероятную – просьбу того, кто покажет мне его. И вот в тот вечер мне вернули мое кольцо и напомнили об обещании в ультимативной форме.

– А почему ты не отказалась?

– Ты глуп! Магические обещания нельзя нарушать! Даже темные маги вынуждены держать слово, если уж его дали… – с раздражением отвечала Трехдюймовочка.

– К тебе пришел он? Тот, что спас тебя?

Фея замотала головой так решительно, что едва не потеряла шляпу.

– Ничего подобного. Тот был гораздо выше и не стал бы прятать лицо. Но кольцо было мое. Взять клятву назад я не могла и заговорила алмазную пыль. Человечек молча повернулся и исчез, спрятав под плащом мешочек с пылью. Прошел день, еще день, потом неделя. Все было тихо. Я начала уже успокаиваться, как вдруг среди ночи на Лысой Горе поднимается страшный переполох.