Проигрываешь – значит, поддаешься, поддаешься – значит, не уважаешь! – сказал Тугарин, поселяя в робкой душе Мошкина еще большее смятение.

Избавившись от лишних попутчиков, Эссиорх и Улита покинули гостиницу.

– Имейте в виду! Ровно в одиннадцать я запираю двери, и до утра! Будете назойливо стучать – пальну или бомбу пороховую брошу. Мало ли тут оборотней шляется, – предупредил Тугарин, провожая их до дверей.

– Спасибо, добрый человек на сердечном слове! – поблагодарил его Эссиорх.

На улице, ведущей к «Незваному гостю», они с Улитой встретились с Дафной и Мефодием. Тем нечем было похвастать. О горбуне Лигуле никто ничего не помнил. А если и помнил – благоразумно помалкивал в тряпочку. Депресняк был весь покрыт копотью. Пытаясь разрушить воронье гнездо, он провалился в трубу, скатился в камин и был атакован тремя фуриями, которые кормили пиявками зеленые огоньки."

"– Зависать в городе не имеет смысла! – сказал Эссиорх, провожая глазами солнце. – Через полчаса здесь будет полно мертвяков и нежити. Конечно, можно и до утра с ними провоевать, да только про горбуна Лигула мы все равно ничего не узнаем.

– Так что же делать? – спросил Меф.

– Порыскать по окрестностям. Там внизу, у реки, по слухам, живут циклопы. Кто знает, может, они чего помнят… Кладбищ там поблизости нет – и мертвяки не особенно шастают! – предложила Улита.

Мефодий, никогда не видевший живых циклопов, крайне воодушевился.

– Угум! Можно рискнуть остатками здоровья и наведаться к ним, – заявил он бодро.

Дафне не очень хотелось тащиться к циклопам на ночь глядя, но за компанию она позволила себя уговорить.

Вскоре совсем стемнело. Серп луны покачивался в небе, точно ладья. Золотые гвоздики созвездий банально дырявили небосвод. Городок, в котором они провели весь день, остался позади. Сейчас со склона горы они смотрели на него снизу вверх. В двух местах заметно было зеленоватое свечение, поднимавшееся от земли рассеянными столбами. По словам Улиты, там находились древние магические кладбища. Ухали совы.

– Круто было бы записать этот звук на мобильник! – оценил Мефодий.

Даф грустно посмотрела на него.

– Ты не романтик! – сказала она.

– Чего? – переспросил Буслаев. – А, ну да!..

Они спустились еще ниже. В топких торфяных берегах змейкой ползла мелкая речка. Ее вода казалась неподвижной. Здесь, на самой границе Лысой Горы и лопухоидного мира, и жили циклопы.

Вначале Мефодий почуял запах дыма и лишь затем заметил вход в пещеру. Вечно голодный Депресняк стал с интересом принюхиваться.

– Э-э! Нет! Этого с собой не берем! – категорично сказала Улита. – Таких клиентов кафе не обслуживает!

– Почему это не берем? – возмутилась Даф.