Глава сотая

Сойер

Я смотрела на телефон, который, казалось, вибрировал уже сотый раз за час.

Коул: Хватит игнорировать меня, Святоша.

Господи.

Убедившись, что до моей очереди еще оставалось время, я ответила ему.

Сойер: Я игнорирую тебя, потому что мы вот-вот выпустимся, а все, что тебя волнует, это надеты ли на мне трусики.

Коул: И?

Прежде чем я успела ответить, пришло еще одно сообщение.

Коул: Я задал тебе вопрос и требую ответа, Черч.

Сойер: Нет."

"Коул: Нет, на тебе нет трусиков? Или нет, ты не ответишь на вопрос?

Я усмехнулась, нажав кнопку «отправить».

Сойер: Ты узнаешь об этом позже, Ковингтон.

Повернувшись, я посмотрела на ряд стульев и улыбнулась, когда увидела Коула, кусавшего костяшки пальцев. Мгновение спустя я получила еще одно сообщение.

Коул: И вот выходит солнце.

Я растерянно осмотрелась.

Сойер: Дождь идет.

Коул: Это из песни Битлз.

Я чуть не упала со стула.

Сойер: Когда ты начал слушать Битлз?

Коул: Я скажу тебе, когда ты ответишь на мой вопрос.

Упрямая задница.

Сойер: Это так не работает. Придется еще немного постараться.

Коул: Насколько?

Сойер: Джонас.

Коул: Да ну на хрен. Я лучше отрежу свои уши.

Я усмехнулась.

Сойер: Значит, я надеваю трусики обратно.

Несмотря на то, что между нами было семь стульев, я все равно почувствовала жар от его взгляда.

Коул: Черт возьми. Ты меня убиваешь.

Коул: Ты как будто посадила меня на цепь.

Господи, сколько драмы.

Коул: Но мысль о том, что ты будешь принадлежать кому-то еще, заставляет меня ревновать.

Коул: Поэтому я всегда хочу, чтобы ты была близко.

Погодите…

Последние слова этих сообщений – это названия песен Ника!

Мои пальцы порхали над клавиатурой до тех пор, пока парень рядом со мной не зашипел на меня:

– Ты можешь пошевелиться?

Черт. Конечно же, они вызвали наш ряд именно сейчас.

Я смотрела, как Майлс Кабало – он произносил речь – шел по сцене за своим дипломом. Я могла бы потратить время, расстраиваясь, что не я произносила эту речь.

– Сойер Черч, – вызвала меня ведущая.

Но я предпочитала сконцентрироваться на том, что действительно имело значение.

Сделав глубокий вдох, я прошествовала по сцене.

– Юху, давай, Коротышка! – крикнул Оукли с последнего ряда, когда я забрала свой диплом.

– Юху, Сойер! – вторили ему Дилан, Джейс и Бьянка.

– Это моя девочка! – громко воскликнул папа, из-за чего все вдруг начали смеяться.

Это люди, которые всегда были со мной.

Мое сердце чуть не выскочило из груди, когда они назвали имя Коула.

– Счастливая Семерка! – крикнул кто-то, когда он взял в руки диплом, но все внимание Колтона было приковано ко мне.

Любовь всей моей жизни… от которой у меня всегда будет перехватывать дыхание.

Я не могла не улыбнуться, когда он обнял меня и притянул к себе, чтобы поцеловать.