– О чём ты говоришь, Бенеша?

– Уверена, его величество Даян подумал об этом хоть немного, но и ты должна, как Калануа. Что будет после этой бойни, Ойро? Что будет с Каиданом? Мы его уничтожим? Сровняем с землей и перебьём всех возможных носителей Дара Света и всех мирных жителей?

– Нет! Конечно нет! – Её слова пугают меня тем, что я и вправду об этом не задумывалась, слишком занятая мыслями о сестре.

– Тогда кто станет королём? С кем мы сможем наладить мир? Демьян – старший сын и по праву корона перейдёт к нему. А если ты его не вылечишь и он умрёт, на трон сядет Эол.

Насколько счастлив он будет, зная, что мы во второй раз им не помогли? Его любимая мать умерла. Что будет после смерти его любимого брата? – женщина запахивает свой богато расшитый халат, сверля меня взглядом. – Он останется один. Проявит ли Эол понимание или пойдёт на нас новой войной, превращаясь во второго Клетуса?

Она говорит быстро и тихо. Бенеша не давит на жалость, она просто заваливает меня фактами, от которых я не могу отмахнуться. Мне нужно решить этот вопрос, отставив свои эмоции и заглянув в будущее. Ради всего Континента. Раньше я не думала о том, что наш конфликт с каиданцами продолжится после того, как мы разберёмся с Клетусом.

Мы даже мстить за родителей не собирались, лишь желали, чтобы Квинтилии оставили нас в покое.

– Но если ты вылечишь Демьяна, Ойро, – Бенеша чувствует моё смятение, хватается за возможность не только посадить семя идеи о мире, но и взрастить его как можно скорее. – Возможно, Континент наконец познает истинный мир. Квинтилии всегда будут в долгу у Калануа. Ни Демьян, ни Эол никогда не пойдут против нас, помня о долге. И возможно, память об этом будет передаваться из поколения в поколение.

Я попыталась поговорить об этом с Даяном, но сейчас он слишком зол. Страх, который он испытал за тебя и сестру, никуда не делся, поэтому не знаю, насколько трезво он может принять это решение.

Целительница замолкает, ожидая, что я скажу.

– Хорошо. Я дам ему кровь. Пока один раз, – сдаюсь я. – Насколько ему хватит?

– Зависит от его болезни, нужно понаблюдать. Но у Виолы болезнь возвращалась примерно раз в два года.

– Бенеша, давай оставим это в секрете. Не хочу портить настроение Рушану и Анису перед уходом.

У тебя есть что-то…

Я замолкаю, когда целительница моментально достаёт небольшую флягу. Судя по звуку, там есть немного воды, а в другой руке она уже держит нож.

– Удивительно, что в последнее время большинство приближающихся ко мне держат в руках лезвие, – кисло улыбаюсь, забирая нож, секунды мешкаю перед тем, как надрезать ладонь и выдавить кровь в предложенную ёмкость. Я сжимаю кулак, пока Бенеша не просит меня остановиться. Она взяла больше, чем обычно, но недостаточно, чтобы у меня появилось головокружение.