Поэтому Демьян бессознательно часто повторяет это движение.

– Как разорвать контроль твоего отца над моей сестрой? – в лоб задаю я интересующий вопрос.

– Вот так сразу с порога? – кисло улыбается он, присаживаясь обратно.

– Давай не будем затягивать. Чем быстрее мы решим этот вопрос, тем быстрее вышвырнем тебя из нашего дома. – Даян кладёт руку мне на плечо.

– Хорошо, – сдаётся Демьян. – Никак. По крайней мере, контроль такой силы, как у короля. Он сам должен снять метку.

– Если его ударить, то Айла почувствует боль. А если его вырубить, сестра тоже отключится? – уточняю я.

– Вероятно. Хотя, когда один спит, то другой может бодрствовать. Так что есть вариант, что это не повлияет на твою сестру.

Пальцы Даяна слегка сжимаются на моём плече, он обдумывает новую информацию.

– Ты был у Теневого залива, пока солдаты твоего отца избивали меня?"

"Демьян Квинтилий – крепкий молодой мужчина, минимум на голову выше меня, но он напрягается всем телом от одного короткого вопроса. Не знаю, говорил ли Даян с ним об этом и насколько Демьян в действительности виновен. Но я не забыла слова Айлы о присутствии старшего принца Каидана при нападении на меня и маму.

Я не видела его, но могла просто не узнать.

Я задаю вопрос прямо, надеясь, что в принце есть мнимое благородство, которым Квинтилии любят щеголять, и Демьян ответит мне правду. Даян молчит, стоя чуть позади.

– Был, но не рядом, – через силу выдавливает он, и откровенный стыд в его взгляде удерживает меня на месте. – Хоть мне к тому моменту уже исполнилось девятнадцать, я был отправлен туда отцом как рядовой солдат. Подчинялся приказам старшего генерала и мало знал о нашем задании. Только позже я выяснил, что отец отправил меня со взводом именно для того, чтобы Сарир отдала свой Дар мне.

Он должен был быть передан прямому потомку одного из Первых. Мне приказали ждать в нескольких минутах ходьбы вместе с другими солдатами. Ожидание затянулось, и тогда я услышал едва различимые крики, – он на мгновение сбивается, его кадык дёргается вверх, Демьян сглатывает и продолжает. – Женские крики… я нарушил приказ и побежал к тому месту. Я видел, как ты упала с обрыва в Теневой залив, но сам был так далеко, что… ничего не смог сделать.

Рука Даяна слегка подрагивает на моём плече, но он контролирует свой гнев.

– Отец умело взрастил во мне ненависть к Калануа, пичкал историями, что ваша мать виновата в смерти моей. И всё же одно дело просто вас ненавидеть, а другое – смотреть, как по вине моих же солдат двенадцатилетний ребёнок падает с огромной высоты.

Глядя в пол, Демьян выдавливает признания, как гной, пытаясь наконец очистить рану, что отравляет его сознание. Глядя на его лицо, я догадываюсь, что он никогда никому не признавался, свидетелем какой картины стал.