Ныряю за камень и, уже зная в какую сторону ломанётся ходок, смело бегу по кругу.

Сработало! Догоняю его. Великан повёрнут ко мне спиной. Покрытая продолжающей течь из раны кровью нога смотрит на меня нужным местом. Вторая поднимается в воздух. Луплю под колено опорной копьём и тут же выдёргиваю вновь вошедшее глубоко в плоть гиганта оружие.

Ух! Едва древко удержал. Под рёв ходока нога великана рывком подгибается, и огромная туша падает на камни. Я еле успеваю отпрыгнуть. Отбегался, гад! Теперь прочь отсюда. Уже не догонит.

Выскакиваю из россыпи скал и несусь вниз по склону.

На соседнем холме подберу свои вещи, и можно уматывать. В рёв боли, звучащий у меня за спиной, вплетаются нотки обиды. «Конфетка» удрала. Мычи, мычи, гад. Не по зубам тебе эта вкусняшка.

Спустившись со склона, оглядываюсь. Вот же упрямая дрянь! Выбравшись из камней, скачет за мной на карачках трёхлапым хортом, волоча за собой повреждённую ногу. Ну и пусть его, дурака. Не может принять поражение – сам виноват. Ясно же, что уже не догнать меня так.

Хмыкаю и бегу себе дальше. Тупая зверюга. От человека в этой громадине только внешнее сходство.

Уменьшить башку, чутка сдуть руки, ноги и будет обычный, пусть и голый, огромный охотник. Но это лишь с виду. Ума в здоровенном уроде щепотка. Не так он и страшен.

Взлетаю на холм, нахожу место, где оставил рюкзак и оружие, подхватываю свои вещи, закидываю на спину – и, уже со спокойной душой, бегу дальше. Куда там умчался кошак? Хорошо бы догнать его. Пушистый, наверняка, знает много такого, чего бы и мне узнать надо.

Спустившись в низину, оглядываюсь. Ёженьки… Трёхлапый урод уже умудрился забраться на вершину холма. Ох и прыткий. А мне-то казалось – погоне конец.

Тут же скорость моя и его уравнялись выходит. Гигант переваливается через обломок скалы и кубарем катится вниз. Для него так быстрее."

"Смотреть некогда. Ноги в руки – и дальше. Придётся ещё чуть побегать. С такой раной ходок точно выдохнется раньше меня. Кровь наружу, и силы туда же.

Но что-то один холм, второй, третий, пятый, а тварь и не думает отставать. Рана, на которую я делал ставку, оказалась не такой уж и страшной для чудища. Порванная жила, спасибо Единому, не даёт твари нормально опираться на конечность, но кровь уже успела свернуться.

На ходоке заживает всё, как под зельями. Так, глядишь, через час-другой и опять бежать сможет.

В общем, хочешь не хочешь, а придётся продолжить нам начатый бой. К опустившемуся на карачки чудовищу теперь подобраться сложнее. Среди скал за мной ходок будет не бегать, а ползать. Да и учёный уже. Осторожнее себя вести станет. Ещё одну конечность ему покалечить едва ли получится. Зато голова сильно ближе к земле. Появляется шанс попасть стрелой в глаз.

Притаился среди очередных каменюк.