Напряжение – аж мурашки по коже полезли. Чуть больше седмицы на Тверди – и вот уже следующий пояс. Так быстро по Пути, наверное, еще никто никогда не ходил. Вот бы и с Сушью так.

Ло уже, по идее, во мне, но, естественно, призывать его я не буду. Колдуна ждёт китой. Для меня этот Гило – никто. Чувство жалости загнано в дальний угол души пониманием важности нашего дела. Это даже не убийство. Как мы теперь знаем, получившие своё тело обратно даже не помнят своего заточения. Если повезёт, китой, ничего для этого толком не сделав, дойдёт до Вершины.

Впрочем, всё это меня сейчас мало волнует.

Мы вплываем в туман. Нос плота исчезает во мгле. Сейчас клубы этого плоского облака доберутся и до меня.

Пелена серой мути поглощает весь мир. Я чувствую лёгкое натяжение незримой ткани барьера.

Вспышка света! Рывок! Мир вернулся.

Но это другой мир! Где ущелье⁈ Где река⁈ Где наш плот⁈

И, где все…

Я один. Вокруг пусто. Ни китоев, ни наших. Вскочив на ноги, бестолково кручусь на месте, не веря глазам. Жёлто-серая каменистая земля разбегается в стороны невысокими холмиками. Склоны одних покрывает колючий безлистный кустарник, на вершинах других вздыбливаются нагромождения невысоких коричневых скал.

А вот деревьев, как и любой иной зелени рядом не видно. Только в низинах местами встречаются островки чахлой травы. Жарко, сухо. И страшно."

"Вот засада! Теперь понимаю, отчего этот подлый барьер не прозрачный. В один миг нас закинуло неизвестно куда. Хорошо, хоть не в Бездну. Здесь небо не красное. Нужно срочно найти остальных! Выбираю холмик повыше – и скорее наверх. Залетаю по склону – тут всего два десятка шагов – запрыгиваю на здоровенную каменюку, чтобы тут же с неё перебраться на следующую, а затем ещё дальше.

Тут словно какой-то малыш-великан играл в кубики и забыл за собою убраться. Огромные валуны насыпаны друг на друга неровной ступенчатой горкой. Видать, прежде здесь шёл скальный кряж, да время оставило от него только груду камней.

Я на самой вершине. Ох, ёженьки… Вот ведь зашвырнуло, так зашвырнуло. Горной стены, за которой осталась Твердь, даже краем не видно. Во все стороны, насколько хватает глаз простираются одинаковые каменистые холмы с торчащими тут и там останками древних скал.

И никого.

Ни людей, ни зверей, ни птиц, кроме пары кружащих вдали чёрных точек. По крайней мере в ближайших низинах и на склонах соседних невысоких холмов никакой крупной живности я не заметил. А вот мелочь в округе есть точно. Когда поднимался сюда, в щель между камнями шустро юркнула серая ящерица. В нескольких десятках шагов от меня, у колючих кустов, чирикает пара пернатых малявок. Приглядевшись, замечаю ползущую к травянистому пятачку небольшую змею.

– Эй! Народ! Есть тут кто?

Тишина. Хотя… За соседним холмом зашуршало.