Но все оказалось не так просто. Для начала мне пришлось избавиться от настырного гения модельного мира, который вместе со своими курицами ждал меня у двери в комнату общежития.

– Явилась! – воскликнул Люциан, когда я подошла к ним. – Ну и где ты была? Тебя уже час как выписали.

Нет, проклинать его я не стала. Хотя в данный момент очень сильно хотелось. Этот блондин с завышенной самооценкой уже порядком достал своими истериками и требованиями, и лишь чудом мне удалось сдержаться.

– И тебе здравствуй, – выдала раздраженно.

– Никакого уважения. Я тебя тут жду, оторвался от своих эскизов, пришел, а ты даже не торопишься.

– Если ты не забыл, то я пострадала в Разломе, – напомнила, убирая руки за спину."

"От перенапряжения магия начала выходить из-под контроля. Того и гляди начну искры пускать и проклятиями мелкими кидаться.

– А нечего было туда соваться, – отмахнулся тот. – Училась бы, как все нормальные маги, на бытовом факультете. Нет, понесло же в эту туманную гадость, кишащую всякими тварями. Так что не ной. Сама виновата.

Вот что за маг такой, а? Умеет довести до крайней степени бешенства всего за какую-то пару минут.

– У нас с тобой разные понятия о нормальности, Люцик.

– К-как ты меня назвала? – опешил бытовик, вытаращив на меня свои бледные глаза.

– Как слышал. Я как раз уверена, что большинство нормальных учится на других факультетах, обходя ваше бытовое недоразумение стороной, – огрызнулась в ответ. – И вообще, я устала, только что из лечебницы и плохо себя чувствую. Так что давай поговорим и все обсудим послезавтра.

– Послезавтра?! Почему послезавтра? – вскричал блондин.

– Потому что завтра у меня выходной.

И тогда это чудо стразовое не придумало ничего лучше, как начать меня шантажировать.

– Я могу пожаловаться декану Джин, и тогда… – многозначительно протянул Люциан.

Не люблю, когда мне угрожают или пытаются принуждать.

От скорой расплаты бытовика спасла моя усталость и разговор с Бенедиктом, после которого мне больше всего хотелось оказаться в комнате, лечь на кровать и подумать обо всем, что узнала. Разборки, проклятия, которые придется насылать сразу на троих, в мои планы сейчас не входили.

Докатилась. Мне тут угрожают, а я, вместо того чтобы наказать наглеца, настаиваю на мирном разрешении конфликта.

– И тогда лишь чудо сможет заставить меня участвовать в твоем показе. До которого, если ты вдруг забыл, осталось восемь дней, – ледяным тоном напомнила я. – Думаешь, успеешь за столь короткий срок найти новую дурочку для своего платья?

– Ты не посмеешь, – побледнел Люциан, хватаясь за сердце.

И его курицы тут же бросились к нему.