– Меган…

Мое имя дракон произнес едва слышно. И я задохнулась от мольбы, которой оно напитано, от тех эмоций, которые невозможно скрыть.

– Мы же взрослые люди, Меган, – наконец произнес Калеб, словно это могло что-то объяснить.

Не могло.

– И, как взрослые люди, мы должны остановиться, – спокойно ответила я, мягко выбираясь из его захвата.

Рука, лишенная теплых, таких нежных прикосновений, тут же покрылась болезненными мурашками, и кожу на ней будто закололо.

– Ты собираешься и дальше делать вид, что между нами ничего не было?

– Мы отлично справлялись весь этот месяц.

Делали вид, что мы чужие друг другу. Разве что-то изменилось?

– Изменилось. Мы знаем правду.

– Я уже сказала, что это ничего не меняет. Да, было. Было, но прошло. Мы оба стали другими. Совсем чужими друг для друга. Так зачем бередить старые раны? А любовное приключение на пару недель, каким бы ярким оно ни было, мне не нужно. Уж прости.

Дракон тут же напрягся. И я заметила, как вздулись желваки на его лице.

– Ты это так воспринимаешь? Просто как любовное приключение? – сухо поинтересовался он.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы собраться и вернуть себе прежнюю уверенность.

– Уважаемый магистр, – лениво улыбнулась ему, надевая маску уверенной Меган Геррос.

Маску, которая доводила до нервного срыва множество мужчин в Королевской академии. И неважно кто они были: студенты или преподаватели.

– Ты же сам сказал, что мы взрослые люди. И с весьма… пикантным прошлым. Давай ты мне не будешь рассказывать о том, что недели, оставшиеся до выпуска, мы просто будем встречаться украдкой, обмениваться робкими поцелуями и держаться за ручки, как наивные подростки.

На этом разговор стоило закончить. А еще лучше вообще не начинать. Но я ошиблась, решив, что дракон оставит за мной последнее слово.

– А что же мы будем делать, Меган? – закинув ногу на ногу, насмешливо поинтересовался он. – Просвети меня. Как взрослый взрослого.

Но Бенедикт просчитался, решив, что я начну краснеть и заикаться.

Не на ту напал. В эту опасную игру на грани приличия могут играть двое!

– Магистр, мне становится страшно за тебя. Неужели ты настолько занят своими студентами, что стал затворником? Полностью лишил себя женского внимания и ласки?

За пределами кабинки было холодно.

Во-первых, сильный ледяной ветер, во-вторых, в начале мая всегда холодно, в-третьих, высокая влажность.

Но тут, в закрытом пространстве, температура будто в одно мгновение подскочила сразу на три-четыре градуса. Жарко и душно. Загорелось лицо и стало трудно дышать.

– Хочешь получить весь список женщин, которые у меня были после тебя?

Не хочу!

Ох, кого я обманываю! Хочу! Очень хочу! С именами, фамилиями и адресами проживания.