— Да не обращай внимания, — хмуро ответил я. — Просто не понимаю, почему моя разведка это прошляпила."

"— Может, не успели доложить?

— Не знаю, Вась. Может и так. Но всё равно странно.

— Там, кстати, в собранное войско Дёминых, прибыл боярин Иван Васильевич, — продолжил рассказывать Большаков. — Говорят, о чём-то с главой рода сильно спорил.

На этот раз я промолчал, не став ничего спрашивать. Потому что нормальных слов просто не имелось. Одни матюки на языке вертелись.

Надо будет серьёзно поговорить с Васильевым. Да и с остальными детьми боярскими.

Такой глава разведки рода меня совсем не устраивает. И в то, что он этой информацией не владеет, я совсем не верю. Если уж мне друг по школе из не самого сильного рода такое на перемене рассказывает, то Васильев знать просто обязан. Иначе, нахрена он вообще нужен?

Но разозлился я не из-за этого, а из-за упоминания Ивана Васильевича. В отличие от боярина Михаила, этого Дёмина я откровенно побаиваюсь. Слишком уж он непредсказуем и себе на уме. Да и толика безумия в его голове иногда прорывается наружу, заставляя совершать лютую дичь.

А ещё он знает, что я Владыка и имеет на меня свои планы. С которыми мне теперь точно не по пути.

— Прими, боярин! Не побрезгуй, — раздался рядом девичий голос. Подняв глаза, я увидел очередную симпатичную боярышню с корзинкой в руках, которую она с легким поклоном протягивала в мою сторону. — Сама пекла!

— О, пирожки! — обрадовался Большаков, перехватывая корзинку. — А с чем?

— Пф! — неожиданно фыркнула Васька. — Уж что-что, а без пирожков Маркус точно как-нибудь проживёт. Тем более от тебя.

— Не тебе, приживалка Дёминская, мне указывать, — без особых эмоций отмахнулась от неё девица.

Видимо Васькины слова её не особо задели.

Зато Василиса определённо разозлилась. Вначале она закаменела лицом и сжала кулачки. А затем во все стороны повеяло холодом. Да так сильно, что наш столик моментально покрылся инеем. Не льдом, конечно, как у Ивана Васильевича, но тоже довольно показательно.

Я напрягся, боясь, что Васька долбанёт эту девушку какой-нибудь техникой, да и прибьёт нафиг. Но обошлось. Прикрыв глаза, сестра сделала несколько вдохов-выдохов, а затем резко поднялась со своего стула и провела первоклассный апперкот в челюсть незнакомки.

— Бум! — упала без чувств девица.

В столовой на пару секунд все замерли, посмотрев в нашу строну. Но убедившись, что продолжения не планируется, снова вернулись к трапезе.

А к нам от входа заспешил Наблюдатель с помощником.

— Я бы на твоём месте эти пирожки не ел, — негромко сказал я Витославу. — Мало ли, вдруг отравлены.

— Кха! — подавился друг, который уже успел куснуть выпечку за румяный бок.