Ага, только тайно встречаться, как делала это с Бесенком. Нет, ну вот что она городит? И главное, зачем?

– Вот же зазноба выискалась, – вспыхивает мигом Кали.

– Оля… – розововолосая пытается ее утихомирить. – Держи себя в руках.

– Держу, отлично держу. Не слышала, что ли? Она моего парня обозвала «каким-то»!

– Парня?! – Белоснежка переводит ошеломленный взгляд на меня. – Мало тебе Настьевой?

Вот и рассказал ей всё, блин. Пешком, что ли, домой пойти. Лесом эти женские разборки. Надо медитировать, астральное тело лечить, пока пернатые по мою шею не вызвали демонюгу посильнее.

– Братик? – и Лена здесь – по тротуару в нашу сторону шагает. – А ты что гуляешь? Оу, с девушкой?

– Да, сегодня он со мной, – вставляет Белоснежка. У нее прямо раздвоение личности – дружить нельзя, но гулять запросто.

– Но вообще в принципе девушка твоего братика – это я, – раскрасневшаяся Кали не сдает позиции.

Розововолосая лишь молча качает головой, воздев глаза к небу. Ушло твое воспитание в трубу, но ничего, еще научишь. Кали быстро схватывает, правда, в основном приемы удушающих и ударов.

Даже не заморачиваюсь, чтобы что-то отвечать на этот неадекват. Есть миссия поважнее – быстрее спасать Лену, пока дурными примерами не загубили мне сестренку.

– Мороженое хочешь? – беру ее за руку и увожу в кафе.

Там заказываю сестренке огромную креманку с клубничным пломбиром, а для себя небольшой вафельный стаканчик. Глаза Лены загораются от восторга. Уже когда мы за столиком уминаем сладкий десерт, присоединяется и трио девушек. И судя по следующим репликам, к консенсусу они пришли.

– Артем, прости меня, – мнется Кали, опустив глаза под строгим наблюдением своей подруги. – Я пытаюсь быть тебе хорошей девушкой, но не всегда могу смолчать.

Белоснежка лишь молча скрещивает руки на блузке, но переведенный на ледяную королеву взгляд розововолосой волшебным образом воздействует и на нее.

– Ладно, я тоже извиняюсь. Не положено княжеской дочери опускаться до публичных обсуждений статуса чужих отношений.

Хм, не очень понял, о чем она конкретно. Но мало ли что они там за дверями успели друг дружке наорать.

– Хорошо, что унялись обе, – подвожу итог дурацкого конфликта и перевожу взгляд на подругу Кали. – Но в этом, как понимаю, только твоя заслуга. Как тебя зовут?

– Кира Рисова. – Розововолосая смущенно опускает глазки.

– Очень приятно. Меня – Артем.

– Я знаю, – ее волнению нет предела. Щеки становятся цвета волос. Милота.

Хлопает дверь, и входит лицо, знакомое мне по Страшному миру. Белоснежка оборачивается на звук – и ее лицо вытягивается.

– Брат?! – едва не выкрикивает она. – Что ты здесь делаешь?!

– Привет, сестренка, – усмехается Глеб-Шприц.