Его улыбки и жесты открыто заявляли всем собравшимся: мне нравится эта леди и выбор герцога Кернского я одобряю.

Одобряю!

Роналкор… спасал. Нет, в самом деле спасал от язвительности, злых сплетен и прочего общественного неприятия. Потому что осуждать герцога Кернского – это одно, а переть против симпатий и мнения императора – совершенно другое.

Впрочем, дело не только в желании помочь. Второй и, как мне кажется, куда более веской причиной являлось желание развлечься.

Да-да, глава нашего государства забавлялся! А чем ещё объяснить вопросы из разряда: «Ну что, Рестрич всё-таки устоял?» или «Старейшины все локти себе сгрызли или что-то ещё осталось?»"

"Эмоции Ронала были настолько чистыми и светлыми, что я не могла не расслабиться. Не втянуться в затеянную их величеством игру было ещё сложнее, и в итоге одному из императорских телохранителей пришлось осмелиться подойти и напомнить, мол: гости собрались, время выводить принца и всю семью. Да и вообще… начинать пора. Все ждут!

Вот после этого нас отпустили. Мы же, повинуясь логике ситуации, отошли в сторонку. Присоединившись к толпе расфуфыренных по случаю праздника аристократов, вооружились бокалами и принялись наблюдать явление монархии…

Всё было красиво и торжественно, почти как на параде.

Я впервые увидела императрицу – невысокую, полноватую, но очень симпатичную блондинку. Она, насколько мне было известно, вышла в свет впервые за последние несколько месяцев – в период, когда я сбегала в Рестрич, она родила Роналкору ещё одну дочку.

И мне, и драконьей сущности императрица понравилась. Чувствовалось в ней нечто очень приятное, доброе. А вот явление наследника Руала и принцессы Мисси вызвало у нас с драконьей сущностью не только улыбку, но и тяжкий вздох.

Детишки! Цветочки… жизни! Помню-помню, как кое-кто в платья наряжал и крылья маленькому дракону оторвать пытался!

Дантос тоже помнил. Именно поэтому хмыкнул и, положив руку на талию, притянул меня ближе, чем позволяли приличия. Потом легко поцеловал в висок и… бросил нарочито пристальный взгляд на зажатый в моей руке бокал.

Намёк я, разумеется, поняла и тут же от него отмахнулась. Нет, милый, повторения истории с опьяневшим драконом не будет. И вообще, тот случай был исключением, а не правилом. Так что попрошу без инсинуаций!

Блондинчик мысль услышал и хмыкнул. И мы продолжили наслаждаться праздником.

После выхода императорского семейства случилась торжественная речь и первый тост за именинника. Вслед за этим ещё одна речь, выступление послов сопредельных государств и новый заздравный тост.

В одном из соседних залов заиграла музыка, и часть гостей отправилась танцевать. Другая, из числа особо важной и проверенной знати, приступила к вручению подарков.