— Данияр цапнул со стола чашку с остывшим чаем, отхлебнул. — С-сволочи! Будем держать круговую оборону! Просчитайте вариант отхода в случае прямой атаки. Роберт Салтанович пусть переезжает на базу.

— Хорошо.

— Мы в худшем положении, чем преследователи. Они — люди, им дали приказ — они пошли вперёд, готовые спокойно открыть огонь на поражение. Но мы с вами не можем ответить!

— Я помню.

— Мазга сыктаймыз!.. извините. — Данияр приказал себе успокоиться. — Что ж, Сергей Николаевич, переходим на осадное положение. Надеюсь, вам не привыкать. Будут новости — звоните.

Волков вышел.

В комнату заглянула Валерия.

— Всё плохо, Дан?

Данияр взял её руки в свои, улыбнулся как можно беспечнее.

— Мы ещё повоюем, боец Саблина. Я сейчас пойду к одиннадцатому «брату», надо посоветоваться, а ты приготовься на всякий случай к отъезду. Кто знает, что нас ждёт впереди. И позови Валентина."

"Валерия погладила мужа по локтю вздрагивающими пальцами, выбежала.

Надо срочно связаться с ДД, пришла здравая мысль.

Меж крокодилом и львомСитуация напоминала рассказ Мюнхгаузена о встрече со львом и крокодилом одновременно.

Однако если история Мюнхгаузена закончилась благополучно для путешественника, то у Саблина (и одиннадцатого, и второго) она так просто разрешиться не могла, о чём Данимир подумал с великим сожалением, когда, вернувшись в очередной раз из сорок четвёртого превалитета в родной числомир, встретился с племянником Андреем, сыном Аллы Юрьевны, в коттедже которого он с Варей и остановился после бегства из Суздаля.

Реминисценция с положением знаменитого враля была самая что ни на есть прямая.

«Львом» в данном случае оказалось австралийское подразделение спецопераций SASR, которое в сорок четвёртом числомире бросили на поиск и программирование Прохора-44. После первой схватки с Охотниками, которую выиграли Саблины — Данимир, Данияр и Даныбай, их ждала гораздо более масштабная операция по доставке Прохора с женой в Россию, называемую в этом мире Белросью, после чего беглецов надо было спрятать так, чтобы никакие ищейки Владык их не нашли.

Но одновременно Саблиным в своих числомирах предстояла не менее яростная война с теми же ищейками, в которых превратились серьёзные сотрудники спецконтор, таких как Интерпол, ФСБ и полиция.

Этого многоголового «зверя» вполне можно было сравнить с крокодилом, и не с одним, а со стадом крокодилов.

— Понимаешь, Дан, — сказал Андрей, смущаясь, — мне показалось, что за мной следят.

Парню пошёл двадцать восьмой год, и, сколько его знал Саблин, Андрей никогда не комплексовал, не хандрил и не жаловался на судьбу. Не в его характере было и сомневаться в окружающих.