Зверь так говорит, будто мне свидание назначает.

— Что будет вечером? — уточняю, перебивая его. Это неправильно, конечно. Но сейчас Зверя рядом нет. Он может только словом грубым обжечь или одёрнуть. Но взгляда я его на себе сейчас не ощущаю. Только представить могу, как он сжирает меня тёмными колодцами. Бездонными.

Сейчас есть только его голос хриплый. Волнующий. Обдирающий до мяса. Опаляющий.

— Вечером… — начинает Зверь. Медленно. Словно раздумывает. — Блять! — резко вскрикивает.

Грохот раздаётся. Шорохи странные. Ещё грохочет. Грохочет. Без конца.

— Зверь! — сажусь, вскрикивая.

— Что? Телефон дай сюда! — просит Ризван.

Я на месте леденею. Кажется, недавно я проклинала своего похитителя. В душе желала, чтобы он сгинул в единый миг. Без следа."

"Но сейчас… Там что-то произошло. Случилось. Небезобидное. Опасностью смертельной от этих звуков пугающих веет. И мне страшно. Не за себя. За него…

За жизнь его ублюдскую страшно становится. И в этот момент шепнуть бы просьбу богу, чтобы избавил меня от ига Зверя. Вдруг услышит меня и дожмёт так, что от Зверя не останется ни следа.

Но я же не такая… Никому смерти не желаю.

— Дай сюда! — рычит Ризван. Перезванивает. Никто на звонок не отвечает. — Что слышала? — требует кавказец.

Губы трясутся. Зубы стучат. Клацают. Почти крошатся.

— Не жуй сопли, Арина. Говори, что слышала. У меня нет, блять, записи телефонных разговоров, — с досадой говорит Ризван, лупанув кулаком по рулю.

Пересказываю ему всё, что слышала. Пытаюсь дать определение этому. Но не получается.

— Что с ним? — спрашиваю еле слышно.

Я сажусь. Держу спину прямо, как палку проглотила. Пальцы леденеют. Нутро в узел тугой скручивается.

— Скорее всего, там жарко, — нехотя отвечает Ризван.

— Он один?

Ризван смотрит на часы.

— Да. Пятый ещё полчаса назад по другой дороге пуститься должен был. Зверь один.

— И что дальше?

Ризван бросает на меня хмурый взгляд.

— Ничего. Всё по плану. Едем на кемпинг.

— И ты не поедешь проверять, что с ним? — хватаюсь пальцами за изголовье водительского сиденья.

Не понимаю, что в моей голове творится. Ураган. Сумбур. Хаос кровавый. Страх колотит по нервам дробью.

— Нет. У меня есть приказ Зверя.

— Но…

Зачем это «но»? О чём я говорить собираюсь? Сама не знаю.

— Никаких «но»! Ляг! — командует Ризван. — И не высовывайся. Неймётся — помолиться за Зверя можешь, если есть желание.

Глава 34. Арина

Ризван постоянно созванивается с другими членами банды, выясняя подробности. Но мне ничего не говорит. Оставляет мучиться в неизвестности. А она, как известно, дрянь безжалостная. Выматывает очень сильно.

К назначенному месту мы подъезжаем уже поздним вечером. Почти ночью.