Увы, но я слышу лишь окончание фразы. Заставляю себя вернуться в эту реальность.

— Да, тебе следует объясниться.

— Скоро, — кивает Егор. — Возможно, ты поймёшь, что я тебе не врал.

— Да неужели? И как ты объяснишь положительные результаты теста ДНК? Впрочем, не отвечай. Показывай, что хотел, и отпусти меня. Я от тебя ужасно устала, честное слово!

— Я понимаю, что тебе нелегко. Поверь, мне ничуть не легче, — внезапно признаётся Егор. — Скоро ты поймёшь, почему. Но это всё ещё больше запутает.

Глава 20. Кира

Я раздумываю над словами Егора. Кручу их в своей голове, выдвигая версии того, что могло случиться с моим парнем.

Двойник? Исключено! Двойники всё-таки отличаются друг от друга. Но рядом со мной сидит идентичная копия парня, с которым я встречалась. Только у него скверный характер.

Брат-близнец? Но тогда бы Егор сразу подумал о таком варианте. Однако Орлов отпирается с видом человека, уверенного в своей правоте.

Почему он выдавал себя за простого человека?

Может быть, что-то случилось, Егор ударился головой и возомнил себя обычным человеком? Жил, как простой смертный, а потом очнулся и вернулся в прежнюю жизнь? Не похоже… Ведь Егор был на Тенерифе с девицей в то же самое время, в которое жил со мной.

Но тогда как объяснить  фотографии в профиле Егора? Да легко и просто! Эти фотографии могли быть сделаны в любой другой момент. Я же не получила никакого подтверждения, что Егор был на Тенерифе. Он просто сказал об этом и помахал красочной фотографией перед моим носиком. Вот если бы он показал счёт за проживание или что-нибудь в этом роде. Ага, размечталась!

Неужели верным окажется вариант, что Егор страдает биполярным расстройством? Если так, что я имею дело с опасным человеком.

Или раздвоение личности? Неужели Егор — псих и маньяк? На что он может быть способен? Б-р-р-р… Даже думать об этом не хочется!

Орлов упорно молчит. Не желает делиться сведениями. А я боюсь спрашивать. Поэтому на протяжении всей поездки я сижу молча, держу язык за зубами. Мои глаза крепко зажмурены. Я чувствую колоссальное напряжение во всём теле, до самых кончиков пальцев. Хочется, чтобы это поскорее закончилось.

Но у меня не получается представить вариант, в котором всё произошло бы так, как мне хочется.

Проблема в том, что после всего, что было, я вообще не могу представить, что меня ожидает впереди. Ни один из вариантов не кажется возможным или хотя бы безопасным.

Машина мягко тормозит. Я всё ещё сижу. Паника сковывает горло ледяными пальцами. Дверь с пассажирской стороны распахивается.

— Приехали.

Я осторожно открываю глаза. Но устремляю взгляд вниз, на свои руки, лежащие на коленях. Рассматриваю идеальный маникюр, с тоской думая, что это — единственное, чем я сейчас довольна.

В поле моего зрения возникает рука.