Я уже почти добежала до дороги. Но внезапно выезд перекрывает чёрным блестящим седаном. Я пытаюсь метнуться в сторону, но меня хватают сильные мужские руки и силой запихивают на заднее сиденье седана.

— Гони!

* * *Машина срывается с места. Голос мужчины кажется смутно знакомым, но паника сильнее. Так что я молочу руками, стараясь расцарапать лицо похитителя. Так просто я не сдамся! Шапочка уборщицы наползает мне на глаза, закрывая обзор, но я готова сражаться даже вслепую.

— Ай…. Ш-ш-ш-ш….

Кажется, мне удалось попасть ногтями в глаза.

— А ну прекрати, Кирана! Твою мать… Ки-ра-на. Карамелька, чёрт бы тебя побрал! Стоп!

Он сказал «Карамелька?!» Это что… Егор? Я замираю без движения, боясь даже вздохнуть лишний раз.

— Егор? — шепчу я.

— Да! Да, это я… Кирана, твою мать! Бестия. Чёрт… Зачем ты так царапаешься? У тамандуа когти и то не такие разящие, как у тебя! — возмущается Егор.

Я стягиваю шапочку  с глаз и сажусь. Вглядываюсь в лицо небритого мужчины, с бейсболкой на голове и дурацкими усиками. Сбиваю кепку с головы и удивляюсь тому, что Егор подстригся очень коротко. Едва не под ноль. Но всё равно это мой Егор! Теперь-то я это ясно вижу и понимаю, что мужчина в рабочей робе — это мой Псих.

Я бросаюсь ему на шею, стискивая изо всех сил, торопливо целую лицо и смеюсь. Или плачу. Или и то, и другое.

— Я так испугалась. Боже… Почему? Я думала, что это правда… — трогаю пальцами расцарапанное до крови лицо мужчины. — Люблю тебя… Больше никогда так не делай. Мне было страшно."

"Нахожу его губы, целую. Торопливо и коротко, повторяю ещё раз, что люблю и нападаю на него снова и снова, проникая поцелуем. Егор отвечает мне взахлёб, испустив тихий стон. Он перетягивает меня к себе, я оказываюсь на его коленях. Целую его. Жадно, настойчиво. Спускаюсь к шее, вдыхая мужской, пряный аромат. Потом вновь поднимаюсь к губам и начинаю пить его обжигающую ласку.

— Кхм… Куда едем, Егор Михайлович? — звучит вопрос водителя.

Только это отрезвляет нас. Приходится замереть, я утыкаюсь лицом в плечо Егора, слушая его сбившееся к чертям дыхание.

— Мы едем… — медленно говорит Егор, собираясь с мыслями. — Загони машину на Северный склад.

Я поднимаюсь выше и веду носом по его скуле.

— Я соскучилась.

Егор отстраняет меня, обхватив лицо ладонями.

— Я тоже. Соскучился. Но какого чёрты ты находишься в России, а не на Тенерифе?

— Твои родители…

— Мои родители, разумеется, не в курсе всего. Но ты, Кирана… Я же предупредил, зараза неугомонная. Коза!

— Что?

— Ещё какая коза! Я нарочно отправил тебя в другую страну, приставил наблюдать Веронику и целую свиту! Попросил же — жди. Но ты мало того, что решила вернуться в Россию, так ещё и улизнула из-под охраны.