Егор кивает, словно подтверждает мои слова.

— Ты — моя, Кирана. Я тебя люблю…

Признание срывается с его губ легко и просто. Я едва держусь от нахлынувших эмоций и цепляюсь за перила, чтобы не упасть.

— Я не жду тех же слов в ответ. Просто хочу, чтобы ты знала это и  запомнила. Ты — лучшее, что со мной случалось. В прошлой жизни. И в этой — тоже.

Егор приближается и говорит тихим голосом:

—  А теперь ты должна надавать мне пощёчин и отправляться прочь с видом, будто я разбил тебе сердце.

Я отрицательно качаю головой, я не в силах сделать ни шагу прочь. Егору приходится самому швырнуть папку на столик с жутким грохотом и уйти, якобы раздосадованному.

Мне даже не приходится делать вид, будто он разбил мне сердце. Его проникновенные слова словно разорвали сердце на мелкие кусочки. Я не знаю, как удержать слёзы. Даже не пытаюсь сделать это. Бесполезно.

Он уходит. Мои губы дрожат, силясь вымолвить хотя бы одно слово ему вслед. Я боюсь. Боюсь, что он попрощался навсегда, и я больше его никогда не увижу. Боюсь, что мне останется на память о нём только несколько мгновений счастья и два малыша под сердцем, кровоточащем от боли потери.

Глава 58. Кира

Когда-то я гадала, на каком курорте побывать в первую очередь. Представляла разные, но ни разу не думала о Тенерифе. Однако теперь это место кажется для меня особенным — место ложного отпуска Егора. Который, как оказывается, он провёл со мной на просторах родной страны.

Прощание с Егором перед отлётом далось мне очень тяжело. К самолёту меня Анжела провожала меня с энтузиазмом, шепнув, чтобы я потом поделилась впечатлениями об отдыхе. Перед отлётом она осмотрела меня ещё раз и дала разрешение на перелёт, сказав, что никакой угрозы моей беременности нет.

Находиться вдалеке от Егора достаточно сложно. Ещё сложнее обмениваться с ним лишь дежурными сообщениями. И почти невыносимо читать колонку светских сплетен о том, что Орлова часто замечают на разных тусовках, в обществе разных дам. Поползли грязные слухи, что Егор или расстался со мной или отправил несостоявшуюся жену на тот свет… Чудовищнее не придумаешь, знаю. Но не ревновать у меня не получалось. Хоть убей. Я ощущала обжигающие эмоции и ждала, пока он намекнёт хотя бы одним словечком, что разгадал загадку. Ждала отмашки, что мне можно возвращаться домой. К нему. Почему-то думая о доме, на ум мне приходили только его крепкие и жадные объятия. Похоже, его руки – и их защита – мой единственный дом, где я хочу оказаться.

Незапланированный отдых отказался к тому же затянувшимся. Меня тяготило общество Вероники. Как бы ни убеждал меня Егор, что от Вероники не следует ждать подвоха, я всё равно не могла простить ей снисходительных взглядов. Но отдых запоминается мне не только этим.