«Уже день», — не хочу принимать его комплименты, поэтому пишу всё также ядовито, с издёвкой.

Вижу, что он печатает сообщение, и с нетерпением жду, чтобы написать ему что-то ещё более едкое.

«Учитывая, что ты вновь работаешь сорок часов в неделю, ты вновь не высыпаешься, а значит, суббота для тебя — отсыпной. Раз ты сегодня отсыпаешься, то, скорее всего, ты только встала».

Сжимаю смартфон в руках.

Слишком хорошо меня знает, гад!

«Пока мы были в отношениях, ты часто повторял мне, что в таких высотках живут зажиточные богачи. Что изменилось? Купил себе там квартиру» — у меня в запасе достаточно яда, чтобы его уязвить.

И пусть даже не надеется, я всё-таки найду его болевую точку. Я уж постараюсь.

«Это и не моя квартира, — приходит мгновенный ответ. — Всё ещё так считаю, — следующее сообщение, от которого я хмыкаю. — Временно живу с Миленой.

— Ну конечно! Какая же я дура! Как же я могла поверить выступлению любовницы! Вот только зачем ей нужно было мне врать? Бессмыслица какая-то, — говорю я вслух и не знаю, что написать этим завравшимся, неспящим друг с другом…

Мысль обрывается, когда приходит очередное сообщение от бывшего: «И её будущим женихом.

Разрабатываем стратегию, как выйти из этого пиздеца».

Вздрагиваю. Пётр крайне редко матерится. Если он ругнулся, значит, случилось что-то поистине плохое.

Значит, он не врёт?

«Ты вчера говорил, что можешь отвечать мне только по вечерам. Сейчас ранний день, —

предпринимаю очередную попытку поймать его на лжи.

Пётр печатает, а я напряжённо жду его ответ. Ловлю себя на мысли, что словно вернулась в начало наших отношений, когда мы долго переписывались, не отлипая друг от друга.

Да это безумие какое-то!

«Потому что сегодня суббота, и я ещё никуда не выехал из безопасного места» — приходит мне ответ, не заставивший себя долго ждать.

Пялюсь в экран и не знаю, что на всё это ответить. Он либо слишком хорошо врёт, либо говорит правду.

— Пётр и хорошо врать? — морщусь от этой мысли, сказанной вслух. — Он почти никогда не врал мне, а если и врал, то легко попадался.

В этот момент я жалею, что не начала расспрашивать про любовницу. Там была слишком глупая ложь, которую я бы быстро раскрыла. Но мне было так больно, что я даже не стала докапываться, а просто сразу поверила.

Зря.

«Чувствую себя на допросе с пристрастием», — Пётр переводит всё в шутку, и я, сама того не ведая, почему-то улыбаюсь.

«Это он и есть», — с лёгкостью соглашаюсь я.

«Госпожа следователь, будет пощада?» — он отвечает молниеносно и присылает мне смеющийся смайлик.

Вот ведь зараза!

«Пощады не жди! У меня в запасе столько вопросов, которые тебе не понравятся», — высунув язык от удовольствия, отправляю ему очередное сообщение.