Шагающие мне навстречу с городской елки накатавшиеся на горках дети в сопровождении родителей смеялись, и я с улыбкой смотрела на них – дети всегда по-настоящему, искренне радуются Новому году и верят в сказки ровно с той же силой, с какой взрослые не верят в волшебство. Я тоже отчаянно хотела верить в сказку, и, кажется, даже чувствовала ее рядом с собой – ее дружеское прикосновение, теплое дыхание, тихий шепот, но… Я все же была взрослой, и мне не полагалось верить в то, чего не существовало.

Сказок не существует. Чуду нет места в жизни. Волшебство искрится только в книгах.

Может быть по этой причине, а может быть, совершенно по другой, о которой я никак не могла вспомнить, сегодня, за день до Нового года, мне было грустно. Светло на душе, но необъяснимо грустно. Вроде бы все было хорошо, все шло по плану. Здоровье было в порядке, и больше я не наблюдала за собой никаких странностей, друзья оставались рядом и поддерживали меня, родственники более не докучали, работа и учеба были в полном порядке. По практике я получила «отлично», несмотря на то, что открытый урок был сорван выходкой Ярослава Зарецкого, а после и чрезвычайным происшествием. Мне без разговоров поставили самую высокую оценку в зачетку и ведомости и предельно ясно намекнули, что это моя компенсация за случившееся. То, что произошло в школе, я толком до сих пор не понимала, впрочем, не я одна. По официальной версии из-за короткого замыкания в спортзале начался пожар, и всех эвакуировали, в том числе и меня. А я… я кажется, надышалась угарным газом, ибо потеряла сознание, и последнее, что я помню, так это то, что иду мимо спортивного зала с Дианой Вячеславовной и двумя учительницами, и весь коридор заполнен спешащими на улицу учениками. И я зачем-то оборачиваясь, смотрю назад, на двери спортзала и, кажется, хочу что-то сделать, но на этом мои воспоминания обрываются. Но есть кое-что еще… Еще я…"

"Я остановилась посреди небольшого уютного парка, окруженного по периметру окутанными снежной ватой деревьями, которые под светом фонарей сверкали голубым серебром, и замерла, подняв голову к темному ясному небу. В кои-то веки не было ни дымки, ни тумана, ни облаков, и из города были хорошо видны высокие звезды, похожие на крохотные поблескивающие зерна. Мне вдруг показалось, что кто-то специально рассыпал их по небосводу, чтобы привлекать людские взгляды. Человек должен смотреть в небо. Чтобы не забывать, кто он есть, откуда пришел и куда однажды уйдет. Ночное небо – небо особое, темное, непонятное, обездвиженное, но именно оно может стать тем катализатором, который позволит заглянуть внутрь себя, своих сомнений и своих страхов.