На серебряном подносе, который только что принес личный помощник, все приборы были цвета альпийского снега. Это был любимый сервиз князя, доставшийся от матушки.

– Знаю, великий князь, – сказала Арина.

– Отлично. Меркурий и его ученик – Вацлав, верно? – тоже знают, но на всякий случай напомни им. Меркурий сейчас с Хранительницей?

– Да, великий князь. Она поехала на практику. Меркурий и Вацлав с ней.

– Отлично.

Август принялся помешивать сахар, более ничего не говоря, а вот Арине хотелось сказать – и многое.

– Великий князь, – начала она несколько взволнованно, – мы виноваты в том, что произошло – мы не должны были упускать Хранительницу, поэтому мы возьмем…

– Возьми вторую книгу с восьмой полки справа самого крайнего стеллажа и принеси мне.

– Но, великий князь!

– Обо всем остальном мы поговорим позднее. Может быть, сегодня не хватает сливок? – сам у себя спросил он, и в это время дверь распахнулась. В библиотеку, слабо и по-особому уютно освещенную, вошла женщина – достаточно с виду еще молодая, миловидная, не слишком высокая, но на больших каблуках, одетая в белую короткую шубку поверх бархатного темного глубокого цвета платья с воротником-стоечкой и приподнятыми плечиками. Абсолютно прямые гладкие волосы обрамляли суженное книзу личико с вишневыми губками бантиком, ямочками на щеках и курносым изящным носиком. Она приветливо улыбалась – и губками, и темно-малахитовыми опущенными книзу глазами, вот только было в этой особе нечто такое, что даже Август разговаривал с ней на равных. Почти на равных, разумеется.

– Ирина, доброе утро, – улыбнулся он ей.

– Доброе утро, – вернула она ему улыбку и, изящно сбросив свою шубку прямо на пол, легкой походкой приблизилась к князю, но села не на кресло перед ним, а опустилась на краешек стола. Арина закатила глаза, а личный помощник князя тотчас бросился за меховым изделием.

– Вы в приподнятом настроении, – заметил Август.

– Не люблю так рано вставать. Просто раздражает. Но обожаю так поздно ложиться, поэтому ваши люди не разбудили меня, и я еще весела после ночных развлечений. Ах, эта ночь, всегда полна забав, – рассмеялась Реутова, отбрасывая назад волосы. Жест вышел премилый. Ирина принялась что-то рассказывать и даже флиртовать – не по забывчивости или привычке, а ради того, чтобы подразнить Августа, но хозяин библиотеки не реагировал и просто молчал.

– Какой же вы скучный, Август! Ваше занудство прямо пропорционально вашей эффектности. О чем вы хотели поговорить? – нехотя спросила Реутова, наконец. Ей хотелось дурачиться и дальше.

– О вашем вчерашнем поступке, – отозвался Август елейным тоном.