— Все знают и так, — Кантор отстраненно слушал, как Распорядитель повышает ценность артефактов.

— Риски…

— Риски есть всегда, — отрубил Тир резко. — Даже на Арене, и даже сейчас — никто не гарантирует, что через десять мгновений над Хали-бадом не откроется Прорыв грани. Между призрачной надеждой и вероятностью прервать Род, любой Глава выберет первое. Если риск сопоставить с потенциальной выгодой — вложение стоит средств.

— Итак, лот номер девяносто пять — «Тиара первой ночи». Уникальная возможность! Превосходные репродуктивные функции! Начальная цена три с половиной тысячи империалов, шаг — пятьсот империалов! Торги объявляю открытыми!

Раз — слева, два — справа, и ещё один — слева, темно-синие цифры вспыхивали над головами невзрачно и дорого одетых Высших — без всяких знаков отличия. Ни один Род не будет афишировать, что у них есть проблемы с воспроизводством в этом поколении. Профессиональные торговцы — представители, разовый контракт с печатью молчания на один Аукцион — и все лоты оседали в Хранилищах какого-нибудь Клана.

— Четыре тысячи империалов! Четыре пятьсот… Пять тысяч империалов! Пять тысяч империалов раз…. Пять пятьсот… Шесть тысяч империалов!

Светлые сидели в отдельной ложе рядом со сценой — вызывающе пустой, только втроем. Оставляя между собой и «грязными темными» нарочито свободное пространство.

Кто самый высокомерный из Высших? Светлые!"

"Тир проследил за моим взглядом, щелкнул кольцами, набрасывая купол тишины, и наклонился так близко, что горячее дыхание обожгло ухо.

— Светлые следят за домом, — почти беззвучно прошептал он. — Следили с самого начала Турнира, но мы не были уверены, — пояснил он в ответ на мой взгляд. — Точнее — за тобой, теперь я уверен совершенно точно… пришлось проверять всю команду…

— Точнее, я полагаю, следят за этим, — я немного приподняла рукав — широкий серый наруч браслета на запястье тускло сверкнул. — Осквернение реликвии, — хмыкнула я. — Молятся Великому, чтобы артефакт вернулся обратно…

— Они почитают Пресветлую, — поправил меня Тир. — И… согласно акту номер триста сорок шесть, принятому зимой тысяча двести сорок шестого, контрибуция, взятая в ходе военных действий, не подлежит возврату, если иное не прописано в контракте Родов…

— Не нуди…

— … единственная возможность вернуть изъятое — добровольное дарение…

— Это клановая собственность, Тир!

— … или выставить артефакт на торги, — Тир кивнул в сторону сцены.