— Первый лот, который имеет честь открывать наш сегодняшний аукцион… драгоценнейшая жемчужина в коллекции … страница из личного дневника мастера-каллиграфа, мастера-слова и мастера-меча Вэй Си эпохи Одо …

Свет приглушили, ряды зрителей тонули в полумраке, свет парил над сценой — светляки вращались так, чтобы как можно выгоднее подать лот, флейта и цитра потихоньку мелодично напевали, журча … ноты из старинных песен и музыки той же эпохи… которую слышал каждый, кто хотя бы раз посещал оперу.

Атмосфера точно соответствовала тому, что представлялось — мастера, это следовало признать, не хватает только иллюзий… и в этот момент свет на сцене приглушили совсем… и в глубине соткалась фигура седого старика, в одежде эпохи Одо, который ходил по библиотеке из стороны в сторону, помахивая кистью, и как будто диктуя себе под нос строки нового стиха, которые рождались в тишине… с купола падали лепестки… запахло цветущей вишней, горным воздухом…

— Хороши, — восхищенно шепнула Марша, и очарование исчезло. Иллюзия старика Вэй Си ходила по сцене — но погружение уже не было полным.

— Чжу — мастера своего дела, — кивнул Тир. — Небольшой клан, который уже много сотен зим занимается только одним — аукционами.

— И контрабандой…

— Блау, печать дома Чжу — гарантия подлинности, лучшие маги-антиквары работают на них.

— Лот номер один… драгоценнейшая страница из личного дневника Вэй Си… начальная цена всего сто империалов… кто желает приобрести ценнейший лот в свою домашнюю коллекцию… есть ли среди нас истинные ценители искусства эпохи Одо и почитатели таланта мастера Вэй Си… — расхваливал Распорядитель.

— Дорого.

— Бесполезно.

— Бесценно, — уныло протянул «цыпленок». — Разве можно исчесть вдохновенный труд творца в империалах?

— Господин из второго сектора… — кто-то с одного из последних рядов активировал карточку-артефакт, и над ним вспыхнул синим номер — девяносто шесть — … сто десять империалов! Господин с номером девяносто шесть! Кто желает принять ставку?

— Почему так мало…

— Сто десять империалов раз, сто десять империалов два… страница из личного дневника великого мастера в единственном экземпляре, только у нас! Вы найдете такого больше нигде… это первый и последний раз, когда наследники поэта согласились поделиться часть коллекции…

— До этого они делились картинами, кистями и даже колокольчиками, которые висели над столом творца, — тихо констатировала Фей-Фей.

— Сто двадцать империалов! — слева над одним из сиров, одетым в южные ханьфу, вспыхнула цифра шестнадцать.