Чей приказ они будут выполнять — мой или Феникса?

Не то, не то, не то.

Я думала, метаясь по комнате из угла в угол, как в клетке.

Пока в моей голове не сложилась схема. Сырая. И тупая настолько, что непременно должна сработать. Если мне повезет. Мне нужно чуть-чуть удачи и покровительство Великого.

Через шестьдесят мгновений у меня было всё, что нужно. Информация, деньги, пальцы, которые складывать любые плетения по приказу, карта порталов и расписание работы арок по всей империи.

Дольше всего я просчитывала путь — схему движения от портала к порталу, чтобы сократить расстояние от одной арки до другой. Четыре предела — даже, если работать с тем, что есть, и тратить не более шестидесяти мгновений в каждом, нужно заложить время на поиск места, выбор исполнителей, переодевание и транспортировку.

Раннее утро в разгаре — мне должно хватить времени вернуться к обеду, или хотя бы на третий храмовый колокол.

«Создать плетения времени» — скомандовала я, и Лу послушно исполнила.

Нужно торопиться.

Прогулка давно окончена, сейчас в доме Тира — завтрак."

"— Сжечь, — приказала я Лу, указывая на пачку испорченных свитков на столе — пришлось перебирать формулировки приказов, пока не остановилась на кратких и точных.

А свиток, который торговец писал под мою диктовку, слово-в-слово — “Метод дистанционной активации печатей”, я бережно убрала в карман.

«Переодеваться».

«Сопровождать».

* * *В тот момент, когда в резиденции Тиров подали завтрак, первым порталом Южный предел покинули две храмовые послушницы Нимы, с красными повязками на голове, поверх полного кади, и один торговец, спешащий по своим делам.

Глава 25. Гнев Да-арханов. Часть 2

Западный предел

В тот момент, когда в резиденции Тиров подали завтрак, первым порталом на земли Западного предела ступили две храмовые послушницы Нимы, с красными повязками на голове, поверх полного кади, и один торговец, спешащий по своим делам.

— Киксвик! Леди, покиньте портальный круг! Господа, приготовьте подорожные! Следующая арка Киксвик — Мейр, через пять мгновений!

Небольшой город-порт на самой окраине западного предела встретил нас гомоном чаек, запахом соли, и резкими порывами морского ветра.

Я пониже натянула рукава. Несмотря на перчатки, внимательный взгляд мог бы разглядеть, как храмовая послушница оберегает пальцы на левой руке.

Одежду добыла Лу, а подорожные у жрецов не требовали — достаточно храмовой печати.

В Киксвике мы пробыли сорок мгновений из которых пять я потратила, просто любуясь на штормовое море. Столько живой воды — завораживает. Не скрытое под толщей льда, как большая часть побережья у Хэсау.

Море. Дикое, переменчивое, и … совершенно свободное. Такое же, как птицы, которые парят среди грозовых облаков.