Меня встречает Рэй, который снова кланяется и говорит:

— Лорд Роберт просил проводить вас к нему к семи, — и он выразительно косится на высокие напольные часы.

— Хорошо, я предупрежу детей, — отвечаю, но прятаться нет смысла. Чем быстрее мы поговорим, тем лучше.

Вслед за Рэем выхожу в коридор, а там он передает меня в руки кого-то из людей Роберта. Я же стараюсь успокоить себя мыслью, что он не стал бы так охранять женщину, от короторой задумал избавиться.

Когда мы проходим галерею, навстречу мне кидается мисс Сайш. Она режет острым ненавидящим взглядом, а потом передает мне корзинку.

— Вы забыли в малой гостиной ваше рукоделие, миледи, — тянет она с ядом в голосе.

Я вижу корзинку впервые и точно не забывала ее.

Оборачиваюсь на охранника и он берет «рукоделие».

— Вам лучше заглянуть в нее, миледи, — Сайш качает головой, а я снова ничего не понимаю.

— Обязательно загляну, мисс Сайш, — отвечаю холодно, в надежде немного усыпить ее бдительность. Настоящая Лилия наверняка бы поняла, чего от нее хотят.

А Сайш подходит совсем близко и тихонько, так чтобы охранник не услышал, шепчет:

— И помните, лорд Роберт не простит вас, если узнает правду. У лорда Кайена все доказательства вашей вины. Даже истинность не поможет. Так что загляните в корзинку, миледи.

Сделав книксен, Сайш покидает нас, а стражник напряженно смотрит на меня.

Возможно, настоящая Лилия подтвердила бы, что действительно забыла рукоделие, но я не Лилия, поэтому покажу корзинку мужу.

Пусть обвиняют. Мы с Робертом заключили договор и я нужна ему, чтобы узнать правду и наказать виновных.

42

Я постоянно кошусь на корзинку и недоумеваю, почему Сюзан Сайш так неосторожна и беспечна.

Что внутри? Письмо?

Охранник стучит в двери кабинета Роберта и, получив разрешение войти, пропускает меня вперед. Заносит корзинку и ставит ее на письменный стол перед хозяином.

Роберт трет большим пальцем бровь и поглядывает на меня нечитаемым взглядом.

— Что это? — спрашивает удивленно.

— Мисс Сайш передала это леди Шарсо, — отвечает охранник и, поклонившись, удаляется.

— Я не знаю, что внутри, — произношу хрипло и сажусь в кресло.

Нервно приглаживаю юбку, но таинственная корзина скрадывает неловкость первых минут. Выражение лица Роберта очень меня смущает. Он какой-то странный.

Из-за истинности?

Роберт срывает с корзинки плетеную крышку и я тоже заглядываю внутрь. А там всего лишь безобидное вязание — клубки красных ниток и спицы с начатым шарфом.

— Что это за шутки? — интересуется Роберт и приподнимает бровь, а я быстро ворошу вязание. Но не нахожу ни клочка бумаги, ни одной зацепки.

— Не понимаю. Это послание от кузена, — растерянно тяну я и поднимаю глаза на Роберта."

"Он глядит пристально, словно изучая каждую мою черточку. Оглядывает лицо, плечи, грудь.