Да, при помощи пространственной магии рубина она стала обладательницей большой суммы денег, а если проще, то просто украла их, пройдя сквозь стены банка. Дальше оставалось нанять адвоката и засадить моего мужа и его молодую женушку в тюрьму.

Сработано было блестяще, на грани риска и с огоньком.

Лилия зажила, но счастье свое так и не наладила. Немного подлатала тело, вколола ботокс, надула губы. И все зря. Как отчиталась Инес, бывшая леди Шарсо превратилась в странную старуху, которая кормит в парке голубей.

Она разговаривает сама с собой и зовет сына, просит прощения за то, что бросила на погибель. А потом срывается и поносит лордов Кайенов, Роберта, и почему-то своих незаконных сестер.

Я благодарю Инес, с которой мы встретились в маленьком кафе в Кохэме. Тут же продают букеты из моего сада, а на столах стоят свечи нашего с сестрами производства.

— Эрик узнал правду только, когда вырос. Я чуть не умерла, пока призналась ему. И то мы с Робертом решили не говорить ему всей правды.

Инес участливо смотрит на меня и не перебивает.

— Но сын сказал, что родная та, которая вырастила, и он вообще не видит проблемы в том, что в теле, его родившем, оказалась его настоящая мама. Так и заявил, представляете?

— У вас замечательный сын, леди Шарсо, — улыбается Инес.

* * *За долгие годы нашего с Робертом брака много чего произошло. Мы переживали огромное счастье, но приходили и беды. Основная проблема заключалась в том, что теневые дельцы продолжали нападки на мастерскую и на нашу семью.

Именно так влезла к нам Кассандра — первая жена Эрика. Она пыталась вызвать раздор в семье, поссорить нас с Робертом, но довольно быстро была разоблачена. И все бы хорошо, но эта подлая гадина сбежала из Дургара с сыном Эрика. Она увезла нашего малолетнего внука Леона и его родовое кольцо, которое Роберт с Эриком самолично для него выковали.

Эрик счастливо женился снова, у него появился второй сын — Рэйборн, но мы тридцать лет не переставая пытались достучаться до Леона, которого растили жестоким и холодным солдафоном.

Увы, но мальчик отказывался идти на контакт с Шарсо.

И вот спустя тридцать лет все изменилось. Леон вернулся в семью — и не один, а со своей истинной Виолой Ларшис.

В зимний снежный вечер ужин накрываем в самой теплой и уютной столовой. В Кохэме собралась вся огромная семья. Приехали наши с Робертом дочери, давно повыходившие замуж.

Мои малышки — Айрин и Паола — заявляются с шумом, с помпой, с подарками. Голоса внуков и правнуков заполняют холл.

— Эрик! — кричит Паола. — Мы привезли новые книги для Рэйбона. Где этот пострел?

Я стремительно выбегаю навстречу дочкам и обнимаю каждую, прижимаю к материнской груди. Их мужья целуют мне руки, а маленькие правнуки дергают за юбку.